В борьбе с этой болезнью мне очень помог сок молочая и одуванчика, что тоже скрыли и вычеркнули из истории. Конечно, ч понимаю, что это сделали жрецы, потом уже постепенно вводя прививки. Специально от природы отделяя человечество. Если человек раньше был травником, то потом по приказу их стали называть ведьмами или ведьмаками. А позже уже колдунами. Сжигая заживо людей на кострах. Конечно, это я уже говорю о другом времени. Отдалился от темы. Я бывал во многих странах и городах. Я лечил людей в Фессалии, Фракии, Македонии, Италии и т.д.
Своё тело я оставил в 105 лет, а не восемьдесят, как пишут. Умер в городе Лариса в Фессалийской долине в Греции. Да, я умер на чужбине. Потому что к концу я чувствовал, что своё прошёл. Поэтому в свои последние дни старался как можно больше помочь людям. Все свои знания я передал своим детям. У меня было много внуков. И всё, что дошло до современного человека, пусть это и очень мало, это не только мои старания, но и моих детей, внуков, а также зятя. Мы всей семьёй внесли огромный вклад в историю. Никто из нас не виноват, что люди позволили жрецам исказить историю. Я, конечно, рад за детей, что им не построили ни склепы, ни памятники, ни статуи, но и неприятно смотреть, что их убрали в сторону, а меня ставят вперёд. Несмотря даже на то, что моя семья вместе сделала больше, чем я один. И просьба ко всем. Если вы не знаете человека, как он жил, что он делал, думал, говорил, не нужно говорить. Ведь лучше промолчать, чем соврать.
И так как врачевание – моё Духовное призвание и направление, сразу после Гиппократа моя жизнь была жизнь Ибн Сины. Эта жизнь Текоды, в отличие от Гиппократа, была короче.
В те времена было чуть больше людей, которые умели думать. Повсеместно люди верили, что если вдруг наступала болезнь, это значит, что их сглазили, навели порчу, ил за какой-то грех Бог послал наказание. Часто, прежде чем лечить, я только это и объяснял, что болезнь – это не порча или сглаз, а неправильный образ жизни или подход к своему здоровью. Люди в те времена с большим трудом это понимали. Я многим объяснял, что порча, сглаз – это всё чушь. Я считал так тогда, считаю и сейчас. Я ни в одной жизни в это не верил, и этим горжусь. Бизнесом это было как раньше, так и сейчас. Люди на этом обмане зарабатывали огромные деньги. С такими людьми я не очень хорошо ладил, поскольку всегда показывал обратную сторону. Так смешно наблюдать, что люди боятся цыган. Что те могут навести на кого-то порчу. Конечно же, цыгане всё это понимают, как знают и то, что это всего лишь ловкий обман.