Так и получается, что что бы люди не приносили на кладбище, всё прах, всё абсолютно превращается в никчёмный мусор. Именно своею мыслью люди причиняют огромный вред. И это должен понимать каждый человек, идущий в эти дни на кладбище, что никто его не считает хорошим, ни Духовный мир, ни тем более тот, к кому он идёт на могилу.
Майкл Джексон.
О Майкле рассказал Текода.
«Я очень хочу обратить внимание, насколько этот человек был несчастен, прожив на Земле. Душа Майкла очень молода, добра и невинна. Он так сильно любил всех детей Земли. Он с помощью своих песен захотел сделать мир лучше. Добрая, нежная душа мечтателя! Всю свою жизнь Майкл был болен, глубоко болен. Терпя невыносимую боль всю свою короткую жизнь, нёс миру песни и море непонятой любви в своём сердце.
Майкл очень сильно ценил, уважал и любил свою семью, даже несмотря на то, что семья Майкла относилась к нему всю его жизнь с самого детства далеко не так, внимания к нему не было столько же, сколько и любви. Он очень много помогал больным и нуждающимся детям. Только Духовный мир знает, сколько детских сердец были признательны и благодарны этому человеку.
Но Майкл мечтал о своих детях, мечтал объединить весь мир через свои песни. Он никогда не был виновен ни в одном обвинении. Ведь его обвинял весь мир. Он ни разу не сделал ничего непристойного с детьми, ни противозаконного с ребёнком. Любой ребёнок для Майкла был ангелом, как можно было обидеть ангела, он всегда только помогал детям, он заботился о детях, он кормил их, он им только нёс заботу. Майкл был сам ребёнком, он нуждался в заботе, которую ему никто никогда не давал, старался дать её детям. Любовь к детям в сердце Майкла была бесконечной, он относился к ним, как к своим лучшим друзьям. Надо подчеркнуть, что Майкл никогда не разделял расы. Он любил всех детей Земли. Майкл Джексон видел в детях богов. Выросший в многодетной семье, сам пожелавший для себя быть отцом двенадцати детей, он так старался идти к этой цели, стараясь найти ту, кто захочет с ним создать это счастье, Родя и воспитывая много детей. Но всё повернулось совсем по-другому.