До этого момента не происходило ничего необычного. Три тысячи разумных видов во вселенной Он наделил душой. Но только человек обладает душой, которая может сделать его богом. Неизвестно, почему Он выбрал именно человека. Любое живое существо могло эволюционировать, теряя в процессе эволюции остатки животного, такие как шерсть или когти. Главное заключается в том, что внутри человека. Он сделал его похожим на себя, наделил тем, что имеет сам, потому что нуждался не в рабах или друзьях, а в существе, равном себе по духу, которое Он способен полюбить.
Пожалуйста, пойми меня. Речь идет не о материнской или отцовской любви к своему ребенку. В этом смысле Бог любит всех своих детей.
Речь идет о великой любви, великой страсти. Она рождается между испытавшими радость и страдание, она ссорит и мирит, мучает и прощает. Любовь, которая заставляет реки выходить из берегов, а небеса падатьна землю. Любовь, ниспровергающая планеты и гасящая звезды. Любовь, способная разрушить всю вселенную. Только одинокое существо, никогда не знавшее настоящей привязанности, способно полюбить так.
Во имя этой любви человек получил право стать богом.
Во имя этой любви Христос стал человеком.
Мы получили исключительное право познать добро и зло. Но мы злоупотребили этим правом, увлекшись познанием зла. Мы распространили зло во вселенной. Нашими усилиями был создан ад. Мы открыли в своей душе такие глубины, такую темноту, которую до нас не открывал никто. Мы сами все испортили. Мы ссорились и мирились с Ним. Мы рождались и умирали, пронося через поколения нашу любовь и нашу вражду. Посмотри назад, на историю только нашей Земли. Любовь рождалась, проливая кровь и слезы. Много крови. И много слез.
И что же в результате? Он выстрадал свое совершенство, а мы постыдно увязли в собственном болоте. Он, наконец нашел одно-единственное существо, которое полюбил. Со всей страстью, со всей безоглядностью, всепоглощающей ревностью и всепрощением. Это страшная любовь. И великая. Ее может выдержать только избранный. В конце концов, мы все же оправдали Его ожидания. Но с этого момента перестали интересовать Его.