– Если ты не угомонишься, – вздохнула я, – обещаю, что сделаю твою жизнь невыносимой. Ты ведь знаешь, мне это не составит труда.
Женщина покосилась на меня. Темные глаза злобно блеснули, но она промолчала.
– Она больше не придет, – раздался холодный голос за ее спиной.
Демон, высокий, темный, тонкий, в расшитом серебром камзоле, крепко сжал плечи упирающейся женщины и вытолкнул ее в темноту. Потом низко поклонился и через мгновение исчез сам.
Я обернулась к святому Стефану. Вывод напрашивался сам собой.
– Вы не убираете эту стену и позволяете им видеться, чтобы они смогли принять решение, – сказала я огорченно.
– Такие смешанные пары —не редкость в нашем мире, —ответил он, качая головой. – Иногда люди покидают нас и уходят за стену. Если они принимают такое решение, мы не удерживаем их. У человека есть право выбора. Но из ада тоже можно попасть в рай.
– Вы даете шанс им обоим, – поняла я.
– Но с Егором как раз не тот случай, – ответил святой Стефан. Потом добавил мягко: – Пойдем, уйдем отсюда.
Мы миновали мостик и пошли по опустевшему лугу.
– Сейчас время обеда, – пояснил святой Стефан.
Среди деревьев показался белый дом с башенками, разноцветными витражами окон и изящным портиком. Перед домом на зеленой лужайке за длинным столом, накрытым белой скатертью, разместились человек двадцать—двадцать пять. Они что-то весело обсуждали. Тихо постукивала глиняная посуда, лилось молоко, ломался свежий хлеб.
Увидев нас, из-за стола выскочила девушка лет пятнадцати, тоненькая, черноволосая, с живыми черными глазами.
– Святой Стефан! Святой Стефан! —закричала она с надрывом. – Посмотрите! Посмотрите только! Моя рука! Исчезло темное пятно!
Она доверчиво протянула свои маленькие руки, со слезами вглядываясь ему в лицо.
– Представляете, – говорила она, захлебываясь и сияя. – Я пекла хлеб, когда смотрю – а рука совершенно белая! Представляете!
И уткнувшись в святого Стефана, заплакала.
– Машенька, дитя мое. Счастье-то какое! – обрадовался святой Стефан, ласково гладя ее по голове.