–Нет. —Он посмотрел на меня с иронией и спрятал свои инструменты в холщовый мешок, который лежал рядом с ним в густой траве. —На свете много других Николаев. Меня никто не знает на Земле. Я был неприметным. Жил себе тихо в Звенигороде —знаешь такой город? —работал сапожником.
–Нет, не знаю.
–Это в России.
Николай неторопливо поднялся, невысокий, худой, угловатый. Одежда болталась на нем мешком.
–Где я?
–Это один из уровней рая. —ответил он. —Я некоторым образом присматриваю тут за всем.
Через мгновение мы стояли на небольшой площади, мощеной белым камнем. Вокруг шумели кедры и ели, за ними тянулись зеленые луга, покрытые цветами. В низине неторопливо текла река, такая широкая, что я с трудом различала противоположный берег. За рекой густой стеной стоял хвойный лес. В среднерусский пейзаж, освещенный ярким солнечным светом, гармонично вплетались одноэтажные белые домики, окна и двери которых хозяева украсили каждый на свой лад, резными наличниками. На площади было оживленно и людно. В нескольких дощаных строениях размещались, судя по всему, подсобные помещения. Заглянув в открытые двери, я увидела мастерские, где мужчины плотничали.
– В этом нет необходимости, —заметил Николай. Он говорил медленно и неторопливо. Мне подумалось, что он тихоня и молчун. – Но нам нравится что-то делать своими руками. Мы мастерим лавки, столы, кровати, даже дом можем сложить. А там у нас конюшни.
Он указал на дальнее строение, откуда слышалось лошадиное ржание.
–Хочешь посмотреть, чем занимаются женщины?
Я не успела ответить. Послышался громкий плач, и я увидела, как в нашу сторону несется зареванная девочка лет пяти.
–Распорядитель! —закричала она отчаянно, хватая его за рубашку. —Распорядитель!!!
Беленькая, с двумя тоненькими косичками, в которые были вплетены ярко-розовые ленточки, светлом просторном платьице, расшитом по краям белым и розовым бисером, она совершенно опухла от слез.
–Что с тобой, Маринка? – спросил Андрей участливо, присаживаясь на корточки рядом с ней.
–Машка пропала! —закричала она так громко, что у меня заложило уши. – Ее нигде нет! Нигде! Я всюду искала!
Николай укоризненно покачал головой.