– Решила поиграть со мной? – медленно произнес спутник.
И тут произошло то, чего Катя не могла ожидать никак. И среагировала соответственно: сначала протормозила, а потом чисто на рефлексе…
Почувствовала спиной кору дерева. Прохладную ладонь Влада на талии. Его мягкие губы на виске… скуле… Стоп! Что происходит и куда движется его рука?! И как она оказалась под кофтой?!
Уже отработанным движением перехватила запястье и резко крутанула наружу. От этого приема соперники на тренировках послушно падали, а враги должны были умолять о пощаде. В суставе противно хрустнуло, но Влад остался стоять напротив. В глубине его глаз разрасталась боль. Отброшенные листья, кружась, цветными пятнами опадали на землю. Со стороны кафе донеслись голоса гуляющих, в отдалении залаяла собака. Сердце бешено колотилось в груди. Казалось, они смотрели друг на друга целую вечность. А потом парень хрипло произнес:
– Ты ненормальная?
Катя резко ослабила захват. Отпустила руку. Шагнула в сторону.
Он осторожно пощупал раненое запястье.
– Могла просто сказать «нет», – и скривился от боли. – Я никого не насилую. Зачем? Если девушки сами на меня запрыгивают.
– Ты!!! Ты придурок! – заорала она. Внутри бурлила злость, смешиваясь во взрывной коктейль с накопленной раньше обидой. – Я не сплю с первым встречным! И меня не заводят унижения.
И девушка принялась яростно собирать листья назад в букет.
Парень вдруг засмеялся. Прямо-таки затрясся. Потом вздрогнул – видимо, кольнуло в запястье. И вновь продолжил смеяться.
– Да в добавок еще и больной… – сердито покосилась в его сторону.
– Я вспоминаю тебя все больше, – он посерьезнел. – Хочу вернуть… чтобы ты стала собой настоящей.
– А я домой хочу, – пробурчала Катя и двинулась обратно.
Вечером на собрании не досчитались Нила.
– Еще злится, – Мила предугадала вопрос. – Но не переживай, он очень отходчив.
Саша обнаружилась в углу – сидела как увядший цветок, понуро опустив голову. Печально вздыхала и терла глаза без косметики. Все понятно – Антона можно сегодня не ждать. И когда он уже вернется?