Именно в этом кафе Элиза со своими друзьями, бывшими сокурсниками, отмечала день рождения, то и дело названивая своей бабушке Марии Фёдоровне. Ведь та была для неё и отцом, и матерью, и лучшей подругой. Свою родную маму Элиза потеряла в раннем возрасте, а отца не знала совсем. Он был сынком-мажором одного богатого бизнесмена, и короткий роман с Татьяной – Элизиной матерью – для него ничего не значил. Самостоятельная и гордая она не хотела ставить его в известность о предстоящем отцовстве. Но когда Элизе исполнилось девять месяцев, трагический несчастный случай унёс жизнь её матери. Об этом даже было напечатано в небольшой местной газетёнке «Сельские ведомости» в рубрике «Паранормальные факты». Статья называлась «Проклятая вода»:
«Странная трагическая смерть на дороге унесла жизнь молодой односельчанки и учительницы по труду – Виршенко Татьяны Александровны. Ей было всего 23 года. Возвращаясь с работы, Таня как обычно зашла в местный магазин, чтобы купить у бабы Нели коровье молоко для своей малютки. Она поставила трёхлитровую банку в пакет и, как утверждает свидетель Неля Степановна, вышла, оставив свою маленькую дамскую сумочку на кухне. Обнаружив это, Неля Степановна выбежала во двор, чтобы отдать пропажу хозяйке. В это время Татьяна Виршенко, прижав бутыль к груди, так как ручки пакета оборвались, подходила к дороге. Из-за поворота выезжал колхозный грузовик с высокими деревянными бортами марки ГАЗ-53, как впоследствии установили местные органы власти. Гражданка Виршенко Т. А. пропустила проезжающий мимо грузовик и шагнула на дорогу. Вдруг неизвестно откуда взявшаяся прицепная бочка с водой, быстро несущаяся за грузовиком, сбила насмерть гражданку Виршенко Т. А.».
Эту информацию двадцатитрёхлетней давности Лайя передавала Сэму на телепатической волне, готовя хозяина к предстоящим событиям.
– Как тебе информация, хозяин?
– Интересно, но кто проклял воду, Лайя?
– Информация есть. Та же газета «Сельские ведомости». Интервью с водителем грузовика Петрушеным Ф. С.:
«П. Ф. – Услышав, что двигатель работает как-то странно, я остановился у лесополосы. Открыл капот, чтобы проверить зажигание, снял крышку трамблера и начал чистить окисленные контакты. Сосредоточившись на работе, я не заметил, как сзади подошёл дед Софрон со своими барашками и громко крикнул: «Дай воды, Фёдор!». От неожиданности я ударился головой о капот и ругнулся.
К. – В каких выражениях, повторите, если можно.
П. Ф. – Приблизительно так: «Чёрт бы тебя побрал, дед Софрон!» А он мне молча показал на армейскую флягу на поясе – мол, воды дай, не забудь. До посёлка было всего километр-полтора. Вот я ему и ответил от боли и обиды: «Не сдохнешь, старый хрен, посёлок рядом, иди не мешай! Некогда мне. На ферму успеть надо». Потом я отвернулся и продолжил заниматься ремонтом.
К. – Как тот отреагировал?
П. Ф. – Как? Обойдя машину, подошёл к бочке и стал сильно бить по ней палкой и осыпать проклятиями.
К. – Вы помните в каких выражениях?
П. Ф. – Отчего же не помнить? Такое не забудешь! Он стучал и выкрикивал: «Чёртова твоя вода, проклятая, как и ты! И бочка твоя – хренотень на колёсах – не доедет никуда!»
К. – Что потом?
П. Ф. – Потом я спрыгнул с капота и побежал отгонять этого старого придурка, но не успел – он уже ушёл. Дальше вы знаете, что произошло. Ведь стопорное кольцо на сцепке бочки пополам разломалось! Ужас! Такого никогда не было!
К. – Да, мы были на месте происшествия. Но расскажите, почему вы не заметили, как бочка отцепилась, и доехали без неё до самой фермы.
П. Ф. – Дело в том, что на трассе после поворота лёгкий спуск, и музыку я слушаю по радио обычно громко. Вот и не понял, что случилось, пока не свернул на грунтовую дорогу. Ну, а вернувшись увидел жуткую картину: кровавый след вперемешку с молоком, ведущий в кювет, где торчала покорёженная и лопнувшая по швам бочка. Я подошёл поближе и чуть не потерял сознание, увидев Татьяну. Бочка насадила её на сцепку и протащила по дороге. Но что мне больше всего запомнилось и снится теперь каждую ночь, так это её спокойное лицо и прижатая к груди бутыль. Поверьте, мне нелегко об этом вспоминать, я уже встал на учёт у психиатра. В первый же день меня пришлось выводить из ступора, чтобы я дал показания. Прошло два месяца, а мне всё ещё тошно.
К. – А вы знаете, что произошло потом?
П. Ф. – Нет.
К. – Дело в том, что там, где пролилась «проклятая вода», вся трава выгорела. Вот такой несчастный случай.
Интервью провёл ведущий специалист по парапсихологии, корреспондент Вероника Соболь».
– Впечатляюще, Лайя. Значит, сегодняшняя жертва – тот ребёнок, которому несли молоко, – уточнил Сэм. – Пока есть время, расскажи о ней.
– Конечно, хозяин. Это собирательный образ женщины в твоём вкусе, так что сегодня тебя ждёт сюрприз…
– Гм, неужели? Ты же знаешь, мне угодить трудно. Я всех люблю.
– А я люблю решать задачи, хозяин, особенно трудные.
– Ну хорошо, посмотрим.
– Остальное – экспромт. Ты же сам говорил: никакой лишней информации, чтобы держать себя в форме.
– Умница, Лайя. Лишнее всегда остаётся лишним.
Глава 4
Отморозки
В человеческом обществе есть больное место. Это люди, которых именуют по-разному: отбросы, хулиганьё, отморозки. Но ещё не обузданные никакой конкретной силой: ни тёмной, ни светлой. Они как будто находятся на грани, на лезвии бритвы, до тех пор, пока в них остаётся хотя бы одна добрая черта: к примеру, любовь к матери, жалость к себе подобным или в некотором роде справедливость между собой. В начале пути они, конечно, могут возомнить себя настоящими служителями зла, чтобы придать себе мнимой уверенности. Пряча свои так называемые слабости под маской ненависти и насмешки, они думают, что останутся безнаказанными за содеянные преступления.
Так вот, в этот прохладный ноябрьский вечер трое друзей: Филипп Антюшин – бывший спецназовец из Чечни по прозвищу Филон, Харьковский Анатолий по прозвищу Крыса, отсидевший малолетку и в исправительной колонии строгого режима за грабеж, и двухметровый атлет Тыченко Евгений по прозвищу Балда – вышли на очередную охоту. Всех их связывали три порока: ограбление, садизм и изнасилование. Крыса был зазывалой и грабил жертв, снимая фамильные драгоценности и забирая деньги. Балда был грубым – вырубал жертву одним ударом и насиловал. Впрочем, насиловали обычно все вместе. Только Крыса иногда отказывался из-за своего природного комплекса: его член в возбужденном состоянии не превышал двенадцати сантиметров. А Филон – мозговой центр всей группы – любил измываться над девушками с особой жестокостью.