– Язык во рту, где ж ему еще быть? – сострил я. Индиец, казалось, шутки не услышал, во всяком случае не засмеялся.
– Легко коснись им нёба сразу над передними зубами. Челюсти расслабь, все должно быть естественно, как обычно, – с энтузиазмом продолжал он. – Мы ведь не сможем медитировать, если всю ночь будем пускать слюни и сглатывать их, верно? И перестань ты уже дышать ртом! А то во рту пересохнет! – Наконец он привел мою позу в полный порядок, после чего, должен признаться, я почувствовал себя совсем неплохо.
– А разве я не должен скрестить обе ноги, положив пятки на бедра, как на всех этих ваших картинках? – спросил я.
– Хочешь сесть в «полный лотос»? Было бы неплохо, но сразу это вряд ли получится, вот когда ты попрактикуешь побольше… Ну и потом, здесь ведь что главное? Главное, чтобы тебе удобно было. Чтобы ты мог концентрировать ум, не отвлекаясь на боль в коленях. Если хочешь, мы вообще можем сесть вон на ту скамейку. – С этими словами он уселся рядом со мной, сразу одним ловким движением приняв позу полного лотоса.
Я закрыл глаза и вошел в состояние покоя. Здесь, в этом тихом Саду, здесь, в Саду моей златовласой богини, я наконец… снова услыхал его жизнерадостный голос.
– Спокойной ночи! Ты зачем глаза-то закрыл, а?! – прямо мне на ухо гаркнул этот… великий Мастер медитации.
Я открыл глаза и сфокусировал взор на каменном узоре стены, что была прямо перед нами.
– Ну вы, ребята, даете! Вы вообще чем тут медитируете – умом или глазами? – спросил надоедливый Мастер.
Я злобно взглянул на него:
– Давай уже разберемся раз и навсегда: с закрытыми нельзя, с открытыми нельзя, с какими же тогда можно?