• Признание, пусть даже и скорее «в своих глазах», в качестве фигур не только национального, но и космополитического философского значения, группы «отцов-основателей» (Вл. Соловьев, Н. Бердяев, Л. Шестов, М. Бахтин и др.) есть просто необходимое условие для успешной (самоуверенной) профессиональной философской социализации новых поколений отечественных философов и их конституирование в виде полноценного независимого сообщества специалистов. Слишком долго «философскими святцами» были иноземцы: немецкая философская классика и марксизм, – сложилась определенная ущербность отечественного философствующего сознания.
• Доверие и признание, оказываемое ценностям сложившегося дореволюционного русского философствования, есть констатация той значительной доли правоты их идей (для нас, живущих в России), которые представляют собой выражение опыта концептуализации особенностей нашего образа жизни.
• Культивирование традиции «русской философии» актуализирует сакральные (и объединительные) символы не только профессиональной группы российских философов, но и всего суперэтнического сообщества, называемого «Россией», ее фундаментальные признаки национальной идентичности.
Итак, русская философия как культурная традиция в виде самосознания устойчивой и преемственной профессиональной группы появляется со второй трети XIX в., когда наконец-то утвердилась материально-организационная основа, ее поддерживающая, – государственная система высшего образования. Отдельные философствующие личности, оригинальные философские взгляды были, разумеется, и до этого, но философия, как и наука, есть социально-профессиональная группа лиц, связанных общим видом деятельности, соответствующим этосом и развитым групповым самосознанием («школа», «братство», «профессия»).