К вопросу о начале человеческой истории Б. Ф. Поршнев подошел с четким сознанием стоящей перед ним проблемы, выраженным в уже процитированной нами ранее антиномии:
«Социальное нельзя свести к биологическому. Социальное не из чего вывести, как из биологического»84.
В советской науке проблема отношения биологического и социального признавалась актуальной задачей, поскольку прямо касалась диалектической схемы прогрессивной смены форм движения материи, находясь тем самым на острие идеологического противостояния. Но, несмотря на официальное господство марксизма, постановка проблемы была предельно абстрактной – антимарксистской по духу. Биологическое и социальное брали как статичные, неподвижные, равные самим себе величины. От ученых требовалось определить эти величины, их пропорции в отношении друг к другу. Это требование отражено в названии сборника 1975 года, представляющего материалы к предстоящему симпозиуму: «Соотношение биологического и социального в человеке»85.
В книге представлены самые разные точки зрения на проблему – самые разные пропорции «соотношения». Справедливости ради скажем, что многие статьи интересны, а некоторые не утратили актуальность до сих пор, как, например, статья Гальперина86 – одна из лучших в сборнике, на наш взгляд. Но ни одна из статей не ставит вопрос о переходе, качественном скачке, не ставит вопрос с точки зрения движения материи, не пытается решить его у основания. Это показывает, что авторы сборника и не стремились рассматривать биологическое и социальное как действительные противоположности, составляющие единство и переходящие друг в друга в реальности, а не только мысленной абстракции. В действительности определить грань между биологическим и социальным можно лишь на основе изучения действительно однажды имевшего место перехода от биологического к социальному, т. е. на основе изучения вопроса о начале человеческой истории.