Бархатные революции развиваются по такой модели, при которой власть теряет свою способность сопротивляться. Для этого не только используются ненасильственные методы протеста, разработанные Джином Шарпом, на которые невозможно ответить силой. Есть и другие методы кнута и пряника, направленные на первых лиц, реально блокирующие их возможности по принятию решений. Сюда, например, входит выставление по другую сторону баррикад родственников и знакомых представителей власти, что затрудняет разгон с помощью силы.
Дополнительно к этому избирательные технологии по сути являются инструментарием двойного предназначения: их всегда можно развернуть от выборов к революции. Здесь есть и подготовка команд, и активация населения, и финансирование, и печатание листовок, и присутствие корреспондентов и наблюдателей со всего мира. Все это всегда может быть использовано по-другому в качестве уже не избирательной, а революционной технологии.
Принятие решений властью становится одной из целей подготовки бархатной революции. В результате мы имеем искомый результат. Для бархатных революций определяющей характеристикой является отсутствие желания у власти бороться за ее сохранение всеми возможными средствами. С другой стороны, должна проводиться определенная программа и по блокировке такого желания, только тогда достигается успешный с точки зрения оппозиции результат. Особенно это касается лидеров СНГ, которых кнутом и пряником уводят от подобного типа решений. То есть программа по смене режима состоит в обязательном компоненте, направленном на уводе лидеров как от силовых решений, как и борьбы в целом.
Аналитики давно отметили, что революции проходят в самых демократических странах данного региона [1]. Так, Киргизия имела самого демократичного в своем регионе президента, Украина и Грузия характеризовались достаточной свободой СМИ, в то же время получая все свои негативы из-за рубежа именно за отсутствие этой свободы.