Особо значим для этого опыт иероглифических языков Дальнего Востока, ибо иероглиф представляет схематично-абстрактную «картинку» гармоничного единства человека со всей остальной Живой Природой. Разрабатываемая нами эко-глобально-релятивистская теория языка, или Живая лингвистика, Живая лингво-культура дает основания для определения эко-гармоничных перспектив не только лингво-культур Востока, но и востоковедения. Основная идея – в понимании языка как особой сферы Живой реальности, которая, будучи продолжением самой Живой природы, является в то же время и творением человека. Современная, экологически переломная эпоха требует общего перехода в соотношении → соотнесении сил-ролей между человеком и Природой в пользу Человека-Творца Жизни и наших общих с нею Языка-культуры. В отношении языка это означает становление просто человека Человеком—СоТворцом Языка. При этом Язык будем понимать одновременно и классически, и по-новому, восстанавливая-развивая изначальные традиции гармоничного единства языка как такового, в его внешнем бытии, но в возрожденном единстве с самой Жизнью-Культурой, делая особый акцент на содержании языка, каковым является культура (в ее восточном понимании). Именно в этом смысле мы употребляем понятие Лингво-культуры. Это – снятие разрыва между человеком и природой, формой и содержанием, языком и культурой. Осуществил такую «вивисекцию» разрыва человек античности, особенно в лице Аристотеля, который создал понятийный язык формальной логики-философии-науки как рацио-экофобной, якобы, «нейтральной» формы языка. Это – не просто язык и не простой-естественный образно-художественный язык культур Востока, искусства-религии, но язык науки, в т. ч. лингвистики, т. е. искусственно-противоестественный язык. Точнее говоря, изначально это были естественные языки древности: греческий и латынь. Но они, особенно латынь, были хорошо «организованы-построены» эгоистично-агрессивным человеком-потребителем, и были навязаны миру, когда стали извне привнесенными языками для Европы и Азии, наполняемыми рацио-организованным, запредельно потребительским умыслом языка формальной логики, философии, науки, в т. ч. и лингвистики, и культурологии. Такова вкратце реальная история умышленно-целенаправленного рационализирования-«эгоизирования» языка – в его отрыве от культуры и Живой природы.