Всё чаще в прессе появлялись разоблачительные статьи о спиритизме. В одной из них автор рассказал о курьёзном случае, произошедшем на одном из сеансов, когда был «вызван» дух известного математика. Каково же было всеобщее удивление, когда тот в ответе допустил грубейшую ошибку по арифметике из программы седьмого класса! Это смутило даже самих медиумов.
О разоблачённых в Венеции двух жуликов стоит рассказать подробно, так как оно раскрыло суть шарлатанства. Сеанс связи с загробным миром был обставлен подобающим образом. На полу в центре зала был очерчен широкий круг, в нём стоял стол с чёрным сукном. Под столом – красный ковёр, а на столе – развёрнутая Библия и череп с привязанным к нему серебряным распятием. Во всём была таинственность, густой дым ладана стлался в комнате.
Медиум – посредник разговора с душами, велел всем взяться за руки и хранить молчание. Обратясь лицом к востоку, он встал на ковёр, окропил «святой» водой четыре стороны, трижды склонился над Библией, прочитал какое-то заклинание и трижды назвал имя покойника, которого вызывал. Называя имя в третий раз, он протянул руку к распятию. Сразу же дом потряс сильный раскат грома. В этот момент над камином показалась тень человека.
– Кто призывал меня? – послышался едва внятный голос.
– Друг твой, – ответил медиум.
– Что ему нужно?
– Он хочет узнать твоё признанье в суде, начатое в этом мире.
Но тут дом снова тряхнуло. Молния озарила комнату, и на пороге комнаты появился ещё один выходец с «того света». Он был настолько реален, что всех охватил ужас.
– Кто призвал меня – спросил новый призрак.
Один из присутствующих схватился за револьвер, но медиум вырвал его из рук, и сам выстрелил в призрак. Раздался новый удар грома. Чёрное облако дыма наполнило комнату, а когда дым рассеялся, «видения» уже не было.
Стук в дверь возвратил всех к действительности. В комнату вошли полицейские, арестовали медиума, начался обыск. Под полом, где лежал ковёр, было обнаружено помещение. Дверь вела в погреб. Там нашли электрическую машину, часы и колокол, который проводом соединялся с распятием на столе.