Кому я это говорю? Кто будет всё это читать? Кого вообще волнуют подобные вопросы? В моём окружении 98% людей стараются вообще не думать о таких вещах, а если и думают, то не говорят или стараются забыть, не заморачиваться. С недавних пор я стал стараться всё запоминать, охватывать как можно больше, заострять внимание. Я говорю по возможности о том, что меня интересует всегда и спектр тем нескончаем. Пишу ли я всё это для себя? Можно и так сказать, но есть у меня некое ощущение, что всё это не совсем для меня и я не один такой, да и не я это вообще…
* * *
– И тогда сказал Бог человеку, – чем же ты недоволен? Почему не рад? Почему тебе не уютно? Всё ведь сейчас в порядке, разве нет?
– Человек ответил, – да не особо уютно тут, холодно чаще, жрать постоянно хочется, плоть зудит, порядка нет. Ещё и гарантий никаких, что завтра мою хижину не сдует. Стрёмно как-то, уверенности и покоя нет.
– Такова жизнь, – ответил Господь, – таков замысел. Всё должно быть именно так для того, чтоб жизнь происходила. Таков закон, таков порядок. А ты должен видеть и понимать красоту и величие моего творения, тебе тут должно быть хорошо.
– Какой хорошо? – Воскликнул человек. – Сейчас я сыт, у меня всё есть, я вроде как доволен, но завтрашний день тревожит, будущее пугает. Неопределенность не даёт расслабиться, да и женщина моя нагнетает. Нет мне покоя.
– Завтрашнего дня ещё нет, а ты о нём уже думаешь. Приди в себя. Выпей или покури, – ответил Бог. – Какие проблемы? По-моему, я всё продумал, если тебе что-то не нравится, так это может ты сам виноват?
– Как же сам? Я вообще не в курсе что к чему. Откуда я здесь и зачем? Ты говоришь, – радоваться я должен. Чему радоваться-то? Куда ни глянь – всюду потенциальная беда. Я только и могу, что подзабить на всё, вина испить, да и предаться безумству, забвению. Только потом ещё хуже. Плохо до такой степени, что хоть с обрыва в бездну…
– Ноешь и ноешь. Не ной, задолбал, я тебе ничего не должен. Радуйся тому, что есть, – сказал Господь и удалился.
– Куда же ты, отец? За что покинул ты меня? – Прокричал человек. – Как же я без тебя? Давай поговорим, Господь? А?