***
– Интересно, я над этим никогда задумывался.
– Над чем?
– Над тем, что христианство обязывает мужчину хранить верность одной единственной женщине.
– Ничего плохого в этом нет.
– Да, но почему это так важно?
***
В обществе, где разрешено многоженство, брак – привилегия мужчин, занимающих достаточно высокое социальное положение. Женщин на всех не хватает. Часть мужчин лишены возможности продолжать свой род. Запрещая многобрачие, христианство устраняет неравенство между мужчинами, которое, возникает в связи с многоженством. Более того, оно устраняет неравенство между мужчинами и женщинами: в моногамной брачной системе максимальное количество детей, которое может иметь мужчина, ограничивается максимальным числом детей, которое может иметь женщина.
Высокое социальное положение не имеет биологического смысла, если оно не дает преимуществ для продолжения рода. Запретив многобрачие, христианские теократии сделали своих граждан биологически равноправными. Если богач, так же как и бедняк, может иметь только одну жену, то несмотря на все свое богатство, он не может иметь детей больше, чем самый многодетный бедняк. В христианских теократиях мужчины независимо от социального положения имели равные возможности для биологического размножения.
***
– Выходит христианские теократии гарантировали своим гражданам биологическое равенство.
– До некоторой степени.
***
Христианство, действительно, сделало людей равными в том, что связано с биологической стороной человеческой жизни.
Заповедь, запрещающая прелюбодеяние, то есть обязывающая мужчину сохранять верность одной единственной женщине, сделала всех мужчин равными с точки зрения возможностей для биологического размножения.
Заповедь, запрещающая убийство, сделала людей равными с точки зрения возможностей для биологического самосохранения. Если сильный не имеет права отнять жизнь у слабого, то личная сила не дает преимуществ в плане биологического самосохранения.