На какие вопросы отвечает эта книга
Спрашивающий, Абу Саид аль-Худжвири, сказал: «Объясни мне истинное значение суфийского пути и природу „стоянок“ (макамат) суфиев, объясни их учения и высказывания, проясни для меня их мистические аллегории, природу Божественной любви и то, как она проявляется в человеческих сердцах, и почему разумом невозможно достичь её сущности, и отчего душа отшатывается от её реальности, и почему дух обретает покой в её чистоте; также поясни практические аспекты суфизма, которые связаны с этими теориями».
О язвах современного автору суфизма
Тот, кому задали вопрос, – Али ибн Усман ад-Джуллаби аль-Худжвири – отвечает:
– Знай, что в наше время суфийское учение выходит из употребления, особенно в нашей стране. Люди заняты утолением своих вожделений и повернулись спинами к пути душевного покоя (риза), в то время как улемы [богословы] и те, кто прикидывается учителями, выдают за суфизм то, что противоречит его основополагающим принципам.
Люди всякого звания одинаково довольствуются бессодержательным вероисповеданием, восторженность духа сменилась слепым следованием догмам. Простые люди говорят: «Мы ведаем Бога», а избранные, довольные уже тем, что ощущают в сердцах томление по миру иному, говорят: «Это томление и есть духозрение и ревностное чувство». Каждый исполнен притязаний, никто не добирается до реальности. Ученики, пренебрегая самообузданием, увлеклись помышлениями о праздном, которые они называют «сосредоточением».
Мне и самому довелось написать несколько трудов по суфизму, но всё без пользы. Лживые притворщики выхватывают фрагменты отовсюду, чтобы ввести в заблуждение публику, при этом уродуя и разрушая целостный смысл. Другие не калечат книги, ибо просто не читают их. Третьи читают, но не воспринимают смысл прочитанного и потому делают себе список текста, заучивают его и говорят: «Мы можем проповедовать мистическое знание».
Ныне истинная духовность так же редка, как философский камень (кибрит-и ахмар), ибо естественно искать лекаря, который является сведущим в болезни, никто не желает смешивать жемчуга и кораллы с такими общеупотребительными средствами, как шалиса19 и дава аль-миск20.
В прошлом работы видных суфиев, попадая в руки тех, кто не был способен понять их, шли на подкладки для шапок либо на переплёты для стихов Абу Нуваса и непристойных шуток Джахиза. Будьте уверены, что если королевский сокол, улетев, сядет на стену у дома старой карги, – она подрежет ему крылья.
Наши современники именуют «законом» свои вожделения, а гордыню и амбиции – «честью и учёностью», лицемерие по отношению к людям – «страхом Божьим», скрытое недовольство – «снисходительностью», склоки – «обсуждением», вздор и глупость – «достоинством», неискренность – «самоотверженностью», скаредность – «поклонением Богу», свои пустые фантазии – «Божественным знанием», побуждения сердца и привязанности животной души – «Божественной любовью», ересь – «нищетой», скептицизм – «чистотой», неверие в несомненную религию (зандака) – «самоупразднённостью», небрежение Законом Пророка – «мистическим путём», неблаговидное пособничество временщикам – «проявлением благочестия».
Как сказал Абу Бакр аль-Васити:
Нас язвит время, в котором нет ни религиозных обязанностей ислама, ни этики язычества, ни добродетелей рыцарства (ахлам-и зави’ль-мурувва).
О том же говорит Мутанабби21:
О Боже, прокляни сей мир,
Отвратный и погонщику верблюдов,
Мучительный возвышенному духу.