Будда называет это колесом рождения и смерти. Мы продолжаем вращаться вместе с этим колесом, цепляться за это колесо… а колесо продолжает двигаться. Временами наверху оказывается удовольствие, временами – боль, но мы остаемся расплющенными между двумя этими глыбами.
Но спящий человек ничего другого не знает. Он знает только несколько ощущений тела – еда, секс; это его мир. Он непрерывно между ними перемещается. Вот два конца его тела – еда и секс. Если он подавляет секс, то впадает в зависимость от еды; если он подавляет пристрастие к еде, то впадает в зависимость от секса. Энергия продолжает двигаться подобно маятнику. И все, что вы называете удовольствием, – это самое большее только высвобождение из напряженного состояния.
Сексуальная энергия собирается, скапливается; вы приходите в напряжение и тяжелеете, и вам хочется ее высвободить. Для человека, который спит, сексуальность – не что иное как высвобождение, все равно что громкое чихание. Это не дает ничего, кроме некоторого облегчения, – было напряжение, теперь его больше нет. Но оно скопится снова. Еда дает лишь небольшое ощущение вкуса на кончике языка; вряд ли стоит ради этого жить. Но многие люди живут лишь для того, чтобы есть; очень немногие едят для того, чтобы жить.
Хорошо известна история Колумба. Он совершил долгое путешествие. Три месяца путешественники не видели ничего, кроме воды. Затем однажды Колумб взглянул на горизонт и увидел деревья. И если вы думаете, что Колумб был счастлив увидеть деревья, вам надо было видеть его собаку!
Это и есть мир удовольствия. Собаке это простительно – но не вам.
Во время первого свидания молодой человек в поисках способа хорошо провести время спросил юную леди, не хочется ли ей пойти заняться боулингом. Она ответила, что ей не хочется идти заниматься боулингом. Тогда он предложил кино, но она ответила, что не хочет и в кино. Пытаясь найти что-нибудь другое, он предложил ей сигарету, но и от нее она отказалась. Тогда он спросил, не хочется ли ей пойти на новую дискотеку потанцевать и немного выпить. Снова она отказалась, сказав, что подобные вещи ее не интересуют.