Таким образом, логично (вспоминая А. Зиновьева как логика) задаться таким системно исследовательским вопросом – почему же ведущие мыслители СССР, особенно в предперестроечный период, когда так называемые философские науки и научно-философское сообщество, «обществоведы» и социологи были столь развиты и высокопотенциальны, не поставили задачу научного решения социально-экономических проблем и, соответственно, «проблему рациональности» во всем её общественном и государственном значении, заблокировав тем самым переход к архаичным рыночным отношениям и криминальному рынку, то есть принятие общественно иррационального решения?! Вопрос рациональности как фундаментального понятия организации и развития любых процессов, суборганизаций и сверхбольших организаций, включая само государство и общество, союзы народов особо уместен и остро актуален и в современный период, когда противостояние миролюбивых государств и воинствующе агрессивных стремительно обостряется с угрозой ядерного уничтожения всего мирового сообщества.
Научно-системный анализ великого исторического обобщения известных классиков и задуманный ими проект более совершенного и гуманного общества, названного «коммунистическим» (на базе предыдущих идей гуманизации и социального совершенствования общества), был в сущности проектом более рационального общества по отношению к обществу господства капитала и меркантилизма. Но, исторические обобщения Макса Вебера, можно сказать – к сожалению, исторически запоздали. А в социалистической России и Советском Союзе они не были, к сожалению, восприняты в научной сущности, как и фундаментальные идеи А. Богданова, которые совместно с веберовскими могли бы образовать мощнейшее общественно прогрессивное интеллектуальное движение, научное обеспечение ускоренного развития «рационального государства» и, соответственно, рационального в своей функциональной целостности «общества нового типа». В России и Советском Союзе господствовали, как известно, марксизм-ленинизм, сталинизм, и ЦК КПСС, властные устремления политических лидеров.