5 лет первой самостоятельной огненной церемонии
Сегодня первый юбилей моей первой самостоятельной огненной церемонии. Она состоялась 21 июля 2010 года, под вечер на закате, на моём лесном месте. Для себя я тогда обозначил ее как «церемония Перуна», потому как по дате подходило.
Сложилась она как-то несколько спонтанно, время тогда было сложное и тяжелое, как раз недавно я кардинально сменил профессию и сферу деятельности, семейная жизнь трещала по швам. Но главная сложность была не во всем этом, а в том, что я не знал как жить дальше, к чему и ради чего стремиться, зачем всем этим заниматься, ради чего вообще жить. Мне мучительно был нужен внутренний ответ на внутренний же вопрос – что делать дальше?
К тому времени уже развалилась та маленькая группка духовных подвижников, в которой я занимался в 2009 году34, была издана мною и приехала в Томск Виталина книга «Веда. Постижение Руси. Начало XXI века», был поставлен нами на капище чур Световита35. Виталя освятил и включил его в работу, и на последней церемонии каждый из участников этого действа получил талисман, в моем случае это были 3 изумруда в форме капель. И в конце сказал, что, ну вот и всё, и уехал в Москву к двум московским йогам, поднимать им по их просьбе Кундалини.
И, вроде, да, всё правильно, всё. Все дела, которые были начаты ранее, завершены, и теперь каждый может жить, как он хочет дальше сам. Но для меня неразрешимой проблемой и источником постоянного внутреннего вопрошания и переживаний стало как раз это «всё». Неужели «всё»? И как именно я хочу «дальше сам»?
Вот именно из такого состояния, восприятия реальности и родилась моя первая огненная церемония, и все это я в нее и вложил. Сложилась она, как я уже говорил, спонтанно. Неожиданно получилось раньше уйти с работы, на тот момент супруга с сыном были на югах, и я почувствовал, что вот сегодня. Просто вот сейчас дойду до дома, возьму на требу, что есть, кипяточек в термос, Дзержинское мате, сяду на велик и поеду, а там будь, что будет. В своем почти холостяцком холодильнике на требу я нашел полбуханки черного хлеба и немного красного вина, что осталось с Пасхи. И, конечно, зеленое золото – мате.