ВИДЕНИЕ В МОСУЛЕ
Один искатель, поднаторевший в вызывании особых духовных состояний, испытывал немалые трудности из-за того, что не мог их конструктивно интерпретировать. Он обратился к великому шейху Ибн Эль-Араби за руководством по поводу сна, глубоко потрясшего его в Мосуле, на территории Ирака. Там Искателю пригрезилось, что великий мастер Маруф из Карха сидит в середине адского пламени. «Возможно ли такое, чтобы благородный Маруф попал в ад?» – задавался вопросом искатель.
Трудность возникла из-за того, что человек этот неверно воспринимал собственное состояние. Ибн Эль-Араби, постигнув внутреннее «я» искателя и его незрелость, осознал, что того смутил огонь, окружавший великого Маруфа. Неразвитая часть ума истолковала огонь как некую силу, которая захватила Маруфа против его воли. На самом же деле огонь означал барьер, разделявший состояние Маруфа и состояние искателя.
Если искатель стремился достичь состояния бытия Маруфа, иначе говоря, сферы постижения, символично представленной в видении образом Маруфа, он должен был пересечь область, которую символизировал огненный круг.
Благодаря этому толкованию Искатель сумел понять свою ситуацию и открыться для опыта, которого ему все еще не доставало.
Ошибка его была в том, что он принял образ Маруфа за самого Маруфа, а огонь – за адское пламя. Получение впечатлений (накш) – это еще не все.
Ведомые верным путем должны правильно отображать свои впечатления – в этом заключается их функция, для выполнения которой необходимо овладеть искусством называемым ТАСВИР (наделять картину смыслом).