Стена, перед которой, уже успокоившись, я покорно стоял на коленях, казалась мне кладезем мудрости и верховных знаний. Но она продолжала подло молчала и только с насмешкой наблюдала за моими стенаниями и жадно просила моей крови.
Успокоившись в попытках погрузиться в сокровенное Ничто, или убить себя мудростью момента, у меня проснулось непреодолимое желание попробовать на вкус Истину, и без колебаний вырвав из раны кусок мяса, я стал жевать его и нюхать, пытаясь раскрыть тот букет информации, что скрывает от нас страх и боль.
После практических манипуляций со своим телом, я с аристократической вежливостью предложил своему бультерьеру разделить попытку познания Сути, которое, уверен, кроется непременно в наших жилах, плоти, крови и даже кишках.
И всё-таки неудовлетворенный результатом своих душевных порывов, но с девственной улыбкой на устах и с надменным безразличием к происходящему, меня увезли в отделение травматологии, где зашили источник моего вселенского познания, посредством которого я пытался докопаться до сути всех вещей.
Но вот, наконец! Святой родник мудрости стал бить ключом уже через зашитую плоть. Разрывая крепкие швы и наполняя руку и всё тело нестерпимой, тяжелой, как сама Истина, болью, буйная кровь вырывалась наружу. Несмотря на это разрушающее состояние, мой дух испытывал настоящий триумф величия, бесконечного счастья и ощущения небесной лёгкости.
Истина очень опасная вещь, и чем больше ты хочешь в неё погрузиться, тем меньше остаётся самого тебя. Осознавая это, но, не имея права отступать, я вынужден был отдать часть себя, чтоб сделать еще один взмах крыльев, на встречу той самой сакральной иллюзии под названием «ИстИнА».
Так, находясь уже в палате реанимации, после санитарной ампутации руки и клинической смерти, я сделал величайшее наблюдение – «Душа умирает вместе с телом, и рождается что-то более важное!»