– Из военкомата его направили, представляешь? Долго не могли решить – может он служить или не годен.
– Из-за психики?
– Не-а… А я тебе разве не говорил?! Он же альбинос.
– Кто-о?!!
– Ты не знаешь, кто такие альбиносы?
– Знаю, просто… я думала, только у животных такое бывает.
– Чем тебе человек не животное?
– И что, он действительно весь белый?
– Ну, насчет «весь» или «не весь» не знаю… везде я у него не лазил. Шучу-шучу, не смущайся. Я сам его только мельком на обходе видел. Честно говоря, странноватое зрелище, будто человек из мела или гипса слеплен, как и не живой.
– А глаза красные?
– Блекло-серые вроде. У них же обычно только в детстве радужка отливает красным, а потом цвет приобретает… Сейчас сама увидишь.
– Стра-ашно…
– Хм-м… Привыкнешь. Смотрим его карточку дальше… Итак, кроме глазно-кожного альбинизма Даниил Юрьевич ничем с детства и по сей день не болел.
– В смысле, записей о болезнях нет?
– В том-то и дело, что есть все – позавчера запрос из поликлиники по месту жительства пришел – пустая бумажка: ни простуд, ни кори, ни даже поноса.
– Может быть, родители просто врачей не жаловали и сами лечили мальчика?
– Ничего подобного! У него мать чрезвычайно тревожно-мнительная особа. Со своим редким заболеванием он благодаря ей все свое детство, считай, лишь по больницам и провел – обследование за обследованием.
– Видимо, боялась за него сильно…
– Удивительно, как она вообще ребенка не угробила с такой опекой!
– Лев Серафимович, а она сама нормальная? Я имею ввиду цвет кожи.
– Да самая обычная. Альбинизм же не по наследству передается, это какое-то генное нарушение. Черт его знает! Я уже отдал ткани Милеева в лабораторию на анализ, потом с Палычем, как результаты придут, по поводу всей этой мути переговорю. Пусть мне объясняет… Так вот, у нашего пациента на удивление великолепное здоровье. По идее, у него зрение должно быть отвратительным и постоянные ожоги от солнца – меланина же нет, чтоб ультрафиолету противостоять. В общем, Милеев какой-то неправильный альбинос. Но это еще не все странности…
– Вот как?!