И когда отпила глоток, Флинт полез к ней в блузку. Большие шершавые ладони неприятно щекотали кожу, пальцы больно тискали грудь.
– Отстань! – огрызнулась она.
Он резко схватил ее и, закрыв ей рот ладонью с проворством дикого тигра, начал стаскивать юбку, рвать колготки.
– Павел! – кричала ошарашенная девушка, но тот закрылся в ванной, где шумела вода, очевидно решив принять холодный душ.
Глаза Флинта наливались кровью, а руки свинцовой тяжестью. На пол упал бокал, разлив крымское вино, и Аня поскользнулась, упав на мокрый линолеум. Флинт навалился сверху, словно паук, поймавший свою жертву. Крики и стоны были перекрыты большим горячим ртом и запечатаны огромными шершавыми ладонями. Расстегивающиеся ремень и ширинка готовили судьбу большого унижения….
Вода в ванной перестала шуметь, и Павел вышел из ванной. Он долго стоял как вкопанный. Девушка тихо плакала под широким телом насильника, двигающегося на ней как огромный черный тигр, уничтожающий свою «антилопу».
А когда все закончилось, все трое разбрелись по комнатам, боясь смотреть друг другу в глаза.
Аня сидела на кухне и плакала. Опустошив бокал вина, она заедала свои слезы бисквитным тортом. Павел закрылся в комнате, обхватив голову руками, он погрузился в уныние. Флинт уселся за компьютер в своей комнате. Каждый из них решал, какое действие предпринять, когда жизнь внезапно поменяла свой вкус.
Солнце уже давно исчезло, и вечер затягивал своей черной пеленой остатки дня. Аня утерла слезы и прислушалась к звукам квартиры. Тишина. Сколько она просидела на кухне, она не знала, но уходить ей, как ни странно, не хотелось. Было ощущение чего-то не завершенного, будто она упустила нечто важное. Наверное, она должна была поговорить с Павлом или с этим… чудовищем.
Мысли о происходящем начинали складываться в цепочку, расставляя все на свои места. Она встретила любимого человека, подумала, что выйдет за него замуж, но его друг на глазах у него изнасиловал ее. Они разошлись по своим комнатам и не выходят оттуда уже достаточное количество времени, когда как она сидит на кухне, есть торт зареванная, униженная и сломленная.