– Нет-нет! Не сюда! Здесь священный алтарь.
Длинные, сверкающие стразами юбки, надетые одна поверх другой, сводили меня с ума. Экстрасенс Сивилла выглядела как новогодняя ёлка. А её кабинет – складом декораций к новогоднему шоу. Всё это яркое и блестящее обещало мне скорую головную боль. Но вот что меня обрадовало и как-то примирило со всем этим фейерверком, так это огромная, в полстены карта с изображением России и, прилегающими к ней, бывшими союзными республиками. «Может и пойдёт процесс провидения», – подумала я.
– Гермес просил меня помочь вам. Как вы знаете, попасть ко мне нелегко, я принимаю только по рекомендациям, – тараторила ясновидящая. – Ну а помочь разведывательным органам…
– Правоохранительным.
– Что?
– Правоохранительным органам.
– Ну да, да… Я вообще-то не разбираюсь во всех этих мирских карательных органах и их предназначениях, – вызывающе ухмыльнулась Сивилла.
– А зря. Вы живёте, всё же, здесь, в материальном мире, а именно в государстве, которое, как и любое другое государство на этой планете, устанавливает определённые правила правового взаимодействия. И от того, насколько точно вы информированы о государственных орган, установленных правилах и придерживаетесь их, зависят ваши гражданское спокойствие, уверенность и социальная успешность.
Сивилла обиженно смотрела на меня, сверлила зелёными глазками, пытаясь, видимо, проникнуть в моё подсознание и, возможно даже, загипнотизировать. Ну или как там у них это называется… А я терпеливо ждала. Между тем, пауза затянулась.
– Сивилла, уважаемая. Я уже загипнотизировалась и даже готова превратиться в пыль, у вас всё отлично получилось, но давайте сначала поищем горемычного Василия? – я улыбнулась самой человечной своей улыбкой. Она обычно срабатывает. Не подвела и сейчас.
– Конечно-конечно! – очнулась она от своего медитационного полёта, – У вас фотография с собой?
Посмотрев на радостное фотографическое Васино лицо, Сивилла подошла к карте и несколько минут водила перед ней пучком какой-то травы. Затем, отбросив траву в сторону она начала махать руками. Сначала в Москве и Московской области, затем над Рязанью, потом где-то в районе Самары, Уфы, приближаясь к южному Уралу. Мне уже становилось интересно. Никому из экстрасенсов я не говорила, где, предположительно, пропал Кукушкин.
– В Москве его нет. И на европейской части страны тоже. Вот если только там, далеко за Уралом? Знаете, я его как-то… не чувствую в мире живых… Возможно, он даже не в Сибири, а ещё дальше? – экстрасенс махнула рукой в район Омской и Новосибирской областей и сейчас растеряно смотрела на меня.
– Может он в восточной части страны? – спросила, скорее, саму себя экстрасенс.
– Смотрите в восточной.
Взмахи руками продолжились. Поисковик Сивилла подбиралась к Ангарску. В районе Иркутска она задержалась, её руки дрогнули у отметки Ангарск, но через несколько секунд она стала махать дальше на Восток. Я превратилась в Сфинкса. Ни одно движение, ни один мускул – ничто не могло рассказать поисковику, что я сейчас испытываю. Отмахав всю карту, до отметки Магадан, она двинулась чуть севернее и пройдя Анадырь, лихо устремилась к Берингову проливу. Здесь моя психика сдалась.
– Сивилла, достаточно. Я гипотетически, конечно же, допускаю, что безумный Василий мог и в славный город Головин улететь, благо аэропорт там имеется, или водой уйти, но это уже не наша территория, штат Аляска…Хотя, чего только не бывает… Может, мы с вами пока подведём промежуточный итог? Что нам дал поиск на территории Российской Федерации?
– Его на этой территории нет. Его как бы вообще… нет…
– Здрасьте-приехали! Он что, помер? В смысле в мире мёртвых?
– Там я его тоже не вижу.
– Успокоили. А на какой-то другой территории он может быть? Он мог махнуть за границу? И поэтому вы его не видите?
– Его следы теряются на территории России… Вот здесь, примерно…
Она указала на Иркутскую область, с находившимся в её составе городом Ангарском.
– Мне духи повторяют слово «май»… Я не знаю, что это может означать. Может он в мае попал в какую-то неприятную историю?
– Возможно. Но, скорее всего ваши, незримые друзья вам подсказывают, что Вася в городе Ангарске.
– А причём тогда тут май?
Я задумалась. Итак, последний раз Вася выходил на связь с Москвой в конце сентября. Затем, кода его уже начали искать, и участковый опросил свидетелей, то выяснилось, что уже с октября в городе Ангарске и близлежащих населённых пунктах его никто не видел.
– Так при чём тут май? – повторила свой вопрос Сивилла.
– А? Да, извините. Майск… Так изначально назывался Ангарск.
– Какие у вас глубокие познания в географии… – не то язвительно, не то уважительно сказала Сивилла.
– Оставьте. Я просто год в Мытищах прожила, была откомандирована в Мытищинское УВД.
– Так… А Мытищи-то тут при чём?! – изумилась женщина.
– А это город-побратим Ангарска… обмен оперским опытом, совместные торжественные мероприятия, ну, в общем, побратимы…
– Господи…
– «… неисповедимы Пути Твои», да?
Сивилла искренне рассмеялась. Напряжение понемногу спадало.
– А знаете, что? Давайте-ка мы с вами сейчас откроем на вашем компьютере карту Иркутской области и вы тщательно поищите там, идёт?
– Идёт! – весело согласилась экстрасенс.
Результат последующих провидческих манипуляций оказался неожиданным. Сивилла, в целом вменяемая женщина, минут через десять начала реветь. Вот натурально реветь… Ревущий мошенник – это я понимаю. Ревущий потерпевший – тоже понятно. Но ревущий экстрасенс…
Какое-то время я молча ждала окончания эмоционального срыва, но, когда Сивилла уронила голову на руки и принялась рыдать уже лёжа на столе, перед картой Иркутской области, я решила действовать. Обыскав кухонную зону, которая находилась за священным алтарём, я нашла початую бутылку виски. Понюхав содержимое и определив, что это скорее виски, чем приворотное зелье (хотя различий между ними мало), я от души плеснула его в первый попавшийся под руку сосуд.
Выпив виски на одном дыхании, спокойно и, как мне показалось с какой-то надменностью, Сивилла объявила:
– На сегодня всё! И вообще. Вы знаете, во что вы мне виски налили?!
Я вопросительно подняла брови.
– В эпихизис!
– В эпи… что, простите?..
– Хизис! Священный сосуд для культовых обрядов! Я его принимала из рук самого Учителя!
– Он вас обманул, Сивилла. Эпихизис – это… как бы вам сказать… Сосуд для женских необходимостей. В гигиенических и косметических целях. Бытовых обрядах, по-вашему. В основном для этого. А вот в ваших руках, сейчас, сосуд типа «чара» с поддельной, как я полагаю, федоскинской росписью. Ну, или имитацией под неё.
– Почему поддельная? – опешила она.
– Эта роспись, как правило, не используется на таких предметах.
– Так этот эпихи… Ну, эта чара, не представляет никакой ценности?..
– Нет. А вам, наверно, рассказывали о её древнейшем происхождении?
– Рассказывали, – грустно ответила она.
– Непостижимо…
– Что именно? – поинтересовалась экстрасенс.
– Вы, Сивилла. Экстрасенсы, оказывается, доверчивы как дети. Непостижимо…
Следующей в моём личном списке экстрасенсов, подготовленным и согласованным с визжащим, от негодования, Каретниковым, была ведьма. Колоритная женщина с чрезмерно ярким макияжем и безумной причёской. Она восседала на троне. Самодельном, но троне. Царственным жестом она указала мне место. Я села на обычный, икеевский стул за высоченный стол, столешница которого была на уровне моих плеч. А вот колдунье стол был как раз, учитывая высоту её трона. На столе, между нами, стоял огромный стеклянный шар на стеклянной подставке.
– Я задаю вопрос и кристалл даёт мне ответ, – понизив голос, загадочно объявила ведьма.
– А как вы его видите в этом шаре? Не бегущей же строкой он там выводится.
Ведьма посмотрела на меня с сомнением – точно поймёт высокие и незримые материи? И, решив, по всей видимости, что я всё же что-то пойму, надменно изрекла:
– Ответ возникает у меня в голове.
– Отлично. Всем бы так. Тогда, приступим?
Я кратко изложила суть проблемы и положила перед ведьмой фото радостного Васи.
Ведьма, которую, кстати, звали Амадея, не откладывая в долгий ящик, приступила к священнодейству.
Сначала она закурила трубку, потом закатила глаза и какое-то время сидела, уставившись в одну точку. Идентифицировать запах выкуриваемого ею вещества мне не удалось. Ладно, соседнее ведомство с этим разберётся. Ведьма довольно долго сидела с выпученными, остекленелыми глазами, я её не торопила, только с любопытством разглядывала пристанище подруги потусторонних сил. Наконец, она пошевелилась, закряхтела и подала признаки своего присутствия в мире живых и осязаемых. Придя в себя окончательно, Амадея уставилась на меня с нескрываемым, но, каким-то наигранным, удивлением.
– Гражданка Амадея, вы на данный момент способны адекватно, в общебытовом смысле, воспринимать информацию?
– Я?.. Я – да. Способна…
– Тогда расскажите мне подробно, не стесняясь, что поведал вам вот этот стеклянный шар?
– Хрустальный! – обиделась ведьма.
– Стеклянный. Я вам потом обязательно расскажу, как отличить стекло от хрусталя, а сейчас давайте вернёмся к Васе.
– Он не хочет разговаривать.
– Вася?
– Магический кристалл!
– Мда… А почему кристалл не хочет разговаривать? Капризничает?
Ведьма закатила глаза и демонстративно тяжело вздохнула:
– Видите ли… Забыла, как вас зовут…
– Александра.
– Неважно…
– Полагаете?
– Что полагаю?.. А! Извините. Так вот. Магический кристалл сам выбирает, когда и с кем ему разговаривать.
– То есть вы для него не авторитет. Безвольная фигура при стеклянном шаре.
– Я не…
– Это не было вопросом. Это вывод из сказанного вами. Гражданка Тиханович Галина Семёновна, вы либо продолжаете ломать комедию, но уже без меня и в присутствии иных должностных лиц, либо говорите, что вы чувствуете вашими шестыми аурами. Либо честно признаётесь в том, что вы не обладаете сверхвосприятием. В этом случае, равно как и во втором, мы с вами расстаёмся по- доброму.
– Магический кристалл не видит этого, – ведьма кивнула в сторону фотографии Кукушкина. – Нет его нигде.
– По каким причинам ваш кристалл может не видеть объект?
– Не знаю, – честно призналась она.