Логово братьев Блэйк
Молчание, повисшее в комнате мистера и миссис Хоук, с каждой минутой всё сильнее зажимало Грэгори в тиски. Он чувствовал страх Карла и Маргарет, чувствовал смерть, стоящую за их спинами и их боль, но самое страшное было то, что Грэг каждой клеточкой своего тела чувствовал страх Эми, отчаянно прижимающейся к его груди.
Девушка дрожала, а её прерывистое дыхание покалывало кожу Грэга. В его голове проносился ураган мыслей, с которыми он не мог справиться, как бы ни старался. Что было бы, если бы он не успел? Если бы не сумел найти её? Если бы… Грэгори встряхнул головой, пытаясь хоть немного успокоиться, и крепче обнял жену.
Громкие шаги, доносящиеся из коридора, нарушили мёртвую тишину комнаты. Грэг перевёл взгляд на распахнутую дверь и в следующий миг на пороге спальни появился запыхавшийся Кристофер, держащий в руках большую коробку с медикаментами и пакет льда.
− Всё что смог найти, − выдохнул Крис и поставил лекарства рядом с Грэгом. − Вот… − парень протянул ему лёд.
− Если что-нибудь ещё нужно, − сбито промолвил Карл, стоящий вместе с Маргарет неподалёку, − то только скажите… Мы…
− Спасибо, − Грэгори слегка отстранился от Амелии и, забрав из рук Криса замороженный пакет, улыбнулся жене: − Маленькая, мне нужно обработать твою рану. Хорошо? − он осторожно приложил к щеке девушки лёд, и она вздрогнула от холода.
− Этот дом выстроен из смертей, − тихо произнесла Амелия. − Столько сущностей в одном месте, Грэг… Я не понимаю… Как такое возможно на святой земле?
− Не знаю, маленькая, − он приподнял окровавленный рукав блузки, от чего Эми слегка поморщилась, и принялся обрабатывать глубокую рану. − Хотя, есть у меня предположение, что эта земля не такая уж и святая.
− Я видела их, Грэг, − прошептала Амелия и слегка замотала головой. − Они все шли на меня, желая убить, но стоило появиться братьям Блэйк, как призраки тут же разошлись по сторонам, уступая им дорогу. Столько злобы…
Громкие хлопки, раздавшиеся в коридоре, перебили Амелию и заставили Маргарет вскрикнуть.
− Опять! Я так больше не могу, − протянула женщина и разрыдалась.
− Я посмотрю, что происходит, − храбро произнёс Кристофер, вытаскивая руки из карманов. − Сколько можно мучить мою семью!
− Нет! − воскликнула Амелия. − Даже не думай об этом!
Рыдания Маргарет стали ещё громче, как стал громче и шум, господствующий в доме.
− Я пойду, − раздался голос Карла, и Грэгори, молча забинтовывающий руку жены, раздражённо выдохнул.
− Грэг… − начала было Амелия, но поздно, он уже повернулся к семье Хоук.
− Решили поиграть в героев? − грубо отрезал он. − Решили посодействовать сотням призракам и поскорее сдохнуть? Вы что совсем ничего не понимаете? − злоба, бушевавшая внутри Грэгори, с каждым словом только усиливалась. − Или только прикидываетесь идиотами? Кристофер, − Грэгори перевёл взгляд на парня, − тебе понравилось на чёрных тропах? − Крис понуро опустил глаза. − Ты не запомнил их, я знаю, но часть, оставшаяся в тебе от этого проклятого мира, ещё некоторое время, а может и всю жизнь будет «сжигать» тебя, пытаясь столкнуть во мрак.
− Как вы смеете?! − взревела Маргарет.
Её тело била крупная дрожь, заставившая Грэгори нахмурится и снять перчатки.
− Мы просто хотим чем-нибудь помочь, − сказал Карл и приобнял жену за плечи, пытаясь успокоить.
− Ну да, − Грэгори поднялся и подошёл к мистеру и миссис Хоук.
− Грэг… − ещё раз тихо позвала его Амелия.
− Всё хорошо, маленькая, − он навис над Карлом, и мужчина поёжился. − Даже увидев призраков, почувствовав на себе боль от их присутствия, ты не веришь в них, Карл. Не веришь настолько, чтобы быть хоть каплю полезным. Ты просто хочешь проснуться, избавиться от дурного сна, выпить стакан другой виски и забыть. Всё. Большей помощи от тебя ждать не придётся.
Маргарет продолжала дрожать, а её глаза, стали всё чаще закрываться, словно веки не слушались её тела. Переведя взгляд на миссис Хоук, Грэг бесцеремонно взял её руку в свою, и в следующее мгновение в него впились две пары сочащихся ненавистью глаз.
Он не единожды видел эту светловолосую девочку, ставшую монстром и мёртвую невесту, сделавшую её такой, в осколке зеркала, но теперь сущности смотрели на него не из серебристой глади. Они стояли подле Маргарет и, сжимая её кисти в своих прогнивших руках, прожигали Грэгори взглядом.
− Хорошо, что вы больше не прячетесь от меня, − он снял с шеи распятие и приложил ко лбу миссис Хоук. − Я уничтожу вас.
Оскалившись, призраки неохотно отпустили запястья Маргарет и, оставив после себя жгучую ненависть, растворились. Тело миссис Хоук перестало дрожать. Она подняла испуганные глаза на Грэгори, словно пытаясь понять, что происходит, но так не смогла произнести и слова.
− Что происходит? − встревожено спросил Карл. − Что с Маргарет?
− Дом выбрал следующую жертву, − жёстко отрезал Грэг, надевая на шею распятие. − Не оставляйте жену ни на миг, если что…
Грэгори посмотрел на Карла и нахмурился. Он был уверен, что смерть стоит и за его спиной. Сущности медленно окружали семейную пару, пытаясь подобраться к ним как можно ближе.
− Что… − сбито произнёс мистер Хоук, но Грэгори не ответил ему. Он лишь отошёл на несколько шагов в сторону.
− Кристофер, − позвал Грэг мальчишку и тот тут же оказался возле него. − Вот, возьми, − он достал из кармана небольшое распятие и протянул его Крису.
− Спасибо, − произнёс парень, рассматривая подарок.
Грэгори наклонился и так, чтобы его слышал только Кристофер, произнёс:
− Всегда держи его при себе, − парень кивнул, − и, пока всё не закончится, постарайся держаться к родителям как можно ближе.
− Родной, − Амелия подошла к мужу и сжала в своёй прохладной ладошке его руку.
Мир вокруг Грэгори пришёл в движение. Он смотрел, как кровавая невеста, спрятавшаяся под ликом чистоты, заманивает Эми в ловушку. Чувствовал, как мёртвые тянутся к её телу, желая разорвать. Слышал гнилые речи братьев Блэйк, посмевших причинить боль его жене.
– Ты станешь жемчужиной в его коллекции… – донёсся голос из недалёкого прошлого. – Твоя душа поможет ему возродиться…
Грэгори сделал шаг вперёд, собираясь выйти из видения, но вместо этого мощь семидесяти двух демонов и крик Эми обрушились на него. Стоя посреди объятых пламенем чёрных троп, он крепко сжал руки в кулаки и закрыл глаза, пытаясь выбраться из будущего, но вместо этого рухнул на колени и схватился за горло. Переступить через это видение Грэг не мог. Он задыхался, не имея возможности сдвинуться с места, захлёбывался будущим, накрывающим его с головой.
Казалось, прошла вечность, прежде чем Грэгори открыл глаза. Его знобило, со лба скатывались капли пота, а дыхание было настолько частым, что создавалось впечатление, будто он пробежал не один десяток километров.
– Грэг, милый, посмотри на меня, – Амелия зажимала ладошками его лицо. – Всё хорошо?
– Дом стал уж очень разговорчив, – быстро соврал Грэгори, натягивая на руку перчатку. – Пошли, маленькая, осмотрим его ещё раз.
– Вам лучше уйти из этой комнаты, – обратилась Амелия к Карлу и Маргарет, – нам так будет спокойней, – она прикусила нижнюю губу и направилась к выходу из комнаты вслед за мужем.
– Крис, – Грэгори резко остановился на пороге спальни, – помни то, что я сказал тебе.
– Хорошо, – произнёс парень и его голос растворился в стенах проклятого дома.
Окна комнат на первом этаже были насквозь распахнуты, и через них морозный воздух уже давно проник внутрь. Хаос, царящий в доме, поражал своими масштабами: мебель была перевёрнута, посуда разбита, а земля от комнатных цветов устилала полы.
– Словно ураган пронёсся, – Амелия прижалась к мужу и зябко поёжилась. – Как же холодно. Ещё и свет моргает, отлично, – буркнула она.
– Куда же без этого, – Грэг достал из кармана брюк небольшой фонарик и вручил его Эми. – Как же сущности обойдутся без игр со светом, – он крепче обнял жену, и они продолжили свою нескончаемую экскурсию по дому.
Когда Грэгори с Амелией в очередной раз проходили по коридору, тянущемуся вдоль лестницы, свет погас совсем. Амелия буквально вцепилась в мужа, а включив фонарик, вскрикнула и едва не уронила его.
– Тише, маленькая, я рядом.
– Наверное, я так и не смогу привыкнуть к их неожиданным появлениям, – выдохнула девушка. – Эта сущность, она зовёт нас. Вон туда, – Эми осветила фонариком стену.
– Раз нас приглашают, как мы можем отказать, – усмехнулся Грэгори. – Вот только куда идти? – он принялся стучать по стене, пока не услышал глухой звук. – О, кажется нам сюда. Посвети мне, пожалуйста, – Грэг достал из ботинка нож и улыбнулся Амелии.
– Это ловушка, – проронила девушка, – они играют с нами.
– Не бойся, маленькая. Через меня сущности к тебе не проберутся. – Грэгори быстрыми движениями разрезал обои на стене. – Я полностью огорожу тебя.
– Этого я и боюсь…
– Эми, больше всего на свете мне бы сейчас хотелось, чтобы ты спала дома. А не гонялась за сущностями, мечтающими тебя убить, – он сорвал со стены обои, и перед ними появилась неприметная дверь. – На чёрные тропы, при любом стечении обстоятельств, я пойду один.
Грегори толкнул дверь и та со скрипом отворилась.
– Ты не можешь всё сваливать на свои плечи, – возразила Амелия. – Их слишком много…
– Вот именно, маленькая. Вот именно, что их много, а ты у меня одна, – мимолётно поцеловав жену, Грегори вошёл в скрытое ранее от глаз помещение.
Затхлый воздух, годами запертый в подвале, окружил Грэга и Амелию. Они медленно продвигались вперёд, следуя за тусклым светом фонарика. Грэгори то и дело наступал на что-то мягкое. Устав от неизвестности, он наклонился и поднял то, что в последние несколько минут дико раздражало его.
– Ткани, – озвучил своё открытие Грэг и взял у Амелии фонарик.
– Зачем кому-то столько кусков ткани…
– Смотри, – осветив стену, тянущуюся по правую руку от себя, Грэгори показал Амелии ряд выключателей, тянущихся по низу. – Хоть один из них должен работать.
Грэгори не ошибся. Щёлкнув центральный выключатель, над ними загорелась одна из огромных ламп и осветила помещение, которое оказалось огромным.
Запылившиеся швейные машинки, горы лоскутов и потрёпанные временем куклы были здесь повсюду. Кому принадлежало это помещение угадывать не пришлось. Джозеф Блэйк не оставлял работу даже дома. Он был помешан на ней, как при жизни, так и после смерти, только вот методы его поменялись.
– Грэг… – прошептала Эми, – это его мастерская. Мастерская зашиторотого.
– Он не тронет тебя, маленькая, – Грэгори снял с рук перчатки и подошёл к одной из запылившихся швейных машинок. – Только через мой труп.
– Грэг! – воскликнула Амелия, но он уже шёл по прошлому домашней мастерской зашиторотого.
К своему удивлению, Грэг стоял в той же заброшенной мастерской. В ней не было ни Джозефа Блэйка, ни его сыновей, было только серебристое свечение, скользящее вниз по лестнице. Присмотревшись, он увидел светловолосую девочку в голубом платьице, только покинувшую своё тело.
Душа ребёнка, ещё не ставшего монстром, медленно плыла по мастерской, пока не остановилась у швейной машинки, на которой лежала кукла в розовой шляпе с огромным бантом, украшающим её кружевной наряд и ладонь Грэга.
Грустно выдохнув, девочка взяла в свои призрачные ладошки куклу и, присев на маленький стульчик, стоящий неподалёку, стала заплетать её золотистые кудри в косы. Это место стало для неё ловушкой, из которой ребёнок, как бы того не хотел, выбраться не мог.
Каждый день к девочке спускалась мёртвая невеста и мелодично рассказывала жуткие истории, которые со временем стали ей нравиться и превратили в жуткую тварь, способную только мучить и терзать невинные души.
Перешагнув через года, Грэгори ступил на тропу настоящего, в котором около Амелии стоял монстр, держащий в руках всю ту же куклу.
– Кажется, ты не знаешь меня. Я Ирма. Он разрешает мне играть здесь, – оскалилась девочка. – Он разрешил мне поиграть и с ней тоже, – ядовито продолжила она, указывая на Эми, – но мне не достать её, поэтому, придётся сначала убить тебя.
Чёрные тропы, на которые вместе с Ирмой мгновенно перенёсся Грэг, превратились в увядающий сад, гниющий прямо на глазах. Он выхватил нож, исчерченный святыми символами и, сорвав с шеи распятие, стал приближаться к тёмной сущности.
– Ааа, – девочка поёжилась и сделала несколько шагов назад. – Убери свои побрякушки! – взревела она и поморщилась.
– Ты загубила множество жизней, – грубо произнёс Грэгори, приближаясь к Ирме, – пора бы тебе получить своё наказание.
Потоки молитв стали вырываться из уст Грэга. Кожа девочки, отчаянно пытающейся сбежать от него, начала покрываться ожогами, из которых сочился раскалённый гной.
Шаг, второй, третий и сущность под натиском непоколебимой веры Грэгори упала на иссохшую траву и забилась в конвульсиях. Быстро подойдя к Ирме, Грэг, не прекращая читать молитвы, вонзил в её грудь нож.
Чёрные тропы стали колыхаться, меняя очертания, из последних сил пытаясь задержать тёмную сущность, не дать ей покинуть вотчину. Приложив распятие ко лбу Ирмы, Грэг сильнее прижал к земле её поглощённое ожогами тело и не отпускал до тех пор, пока от монстра, не осталась лишь кипящая лужа гноя.
Чёрные тропы вновь содрогнулись и на месте увядающего сада, за которым присматривала Ирма, образовалась пустота.
– Гори в аду… – дочитав последние молитвы, бросил он и, уже выходя с проклятых троп, увидел красные глаза мёртвой невесты, смотрящей на него из пустоты.
– Я лично убью тебя, экзорцист, – протянулся по округе её холодный голос. – Убью…
Захлопнув окно спальни, выделенной им хозяевами дома, Грэгори присел на краешек кровати и посмотрел на свернувшуюся калачиком Эми.
– Надо хоть немного поспать, – он провёл ладонью вниз по лицу. – Хотя бы попробовать.
– Что ты видишь, когда касаешься меня? – спросила Эми, не смотря на него. – Ты становишься сам не свой, Грэг. Ведь дело не в доме, да? – она приподнялась и села на кровати. – Да ты самых страшных частей чёрных троп возвращаешься спокойным, а тут…
– Я же обещал, что всё расскажу тебе, но позже, – он поднялся и подошёл к камину. – Подожди немного, прошу.
– Грэг…
– Маленькая… мне нужно время…
– Хорошо…
– Может, разожжём камин и уснём под треск огня? – Грэгори посмотрел на вязанку сухих дров, после чего перевёл взгляд на старинный подсвечник, стоящий на полке. – Можем и свечи зажечь, – он взял канделябр в руки, и его заволокло видение.
Перед ним предстал Вольтер Блэйк, во всяком случае, так гласил исписанный именем лист бумаги, лежащий на полке над камином.
Окровавленными руками Вольтер взял этот подсвечник, зажёг свечи и, медленно выйдя из комнаты, и спустился по лестнице, где его уже ждал брат, через плечо которого была перекинута толстая верёвка.
– Всё готово? – улыбаясь, спросил Вольтер.
– Да, – ответил Дольф, – сегодня с фабрики домой не дождутся ещё одного сотрудника.
Только сейчас, опустив глаза в пол, Грэгори понял, о чём говорят братья. Верёвка, перекинутая через плечо Дольфа, заканчивалась огромным крюком, на который был нанизан слегка подёргивающийся мужчина.
– Пошли, – бросил Дольф, – он будет доволен.
Братья спешно шли по коридорам дома к чёрному входу, оставляя за собой длинный кровавый след, но на этом их путь не закончился. Вытянув тело ещё живого мужчины в сад, они потянули его по узким тропинкам к небольшому холмику, в который была врезана дверь, ведущая в старый погреб.
Первым войдя внутрь, Вольтер поджёг факел и, дождавшись брата с телом, зашагал по каменному коридору. И, чем дальше он уходил, тем сложнее Грэгу было цепляться за прошлое и, тем меньше времени оставалось у мужчины, отдающего последние крупицы жизни братьям…
– Кажется, поспать не получится, – бросил Грэгори и, схватив одежду, принялся одеваться. – Я знаю, откуда всё началось…
Морозный ветер обжигал кожу Грэгори, держащего в руках огромный фонарь, взятый из багажника автомобиля. Идя по неочищенным дорожкам сада, Грэг с трудом пробирался через сугробы, освобождая проход для Эми.
– Кажется, мы пришли, – пробурчал он и резко остановился у снежного холма, возвышающегося над остальными сугробами. – Точно пришли.
– По-моему я уже была здесь, – неуверенно произнесла Амелия, – Марк показывал мне это место…
– Не надо, маленькая… – выдохнул Грэгори. – У нас есть дар, но мы не всесильны. Большего для души Марка никто бы сделать не смог.
Эми грустно улыбнулась, смотря на мужа.
– Пожалуй…
Откопав дверь в погреб, Грэг не без труда сбил подвесной замок и распахнул её.
Логово братьев Блэйк встретило Грэгори с Амелией ярким запахом крови, насквозь пропитавшим округу. Создавалось впечатление, что многочисленные смерти приковывали их к земле и разрывали на части, не оставляя от их светлых душ ничего, кроме горести и боли, добавляющихся в коллекцию братьев.
– Мне плохо Грэгори, – Амелия пошатнулась, но Грэг быстро подхватил её, – дай мне минутку.
Мёртвая атмосфера потоком накинула на Грэга свои сети. Голова стала раскалываться на тысячу осколков, и он никак не мог с ними совладать.
– Не нужно иметь дар, чтобы чувствовать смерть, наступающую в этом месте на пятки, – произнёс он, проведя рукой по волосам, и посмотрел на Эми.
– Мне лучше, – тихо сказала она. – Нам надо идти.
– Уверена? – спросил Грэг. – Мы можем вернуться в дом, только скажи.
– Нет, нет… нам надо завершить начатое.
Старый коридор уводил их вглубь погреба. Озираясь по сторонам, они неспешно шли, прислушиваясь к каждому шороху, нарушавшему мёртвую тишину этого места, пока не вышли к круглой комнате, в центре которой располагался каменный круг, похожий, как показалось Грэгу, на жертвенный алтарь.
Сняв перчатки, он подошёл к столу, стоящему около алтаря. На его поверхности не было свободного места – всё пространство занимали ножи разных форм и размеров. Глубоко вздохнув, Грэгори посмотрел на Амелию и в следующую секунду взял в руку огромный тесак.
Сотни забранных братьями жизней, проносились перед Грэгом, не успевая формироваться в цельные видения. Голова с новой силой стала разрываться на части. Кровь реками протекала перед его глазами, мёртвые тела штабелями падали к его ногам, а крики сведённых с ума жертв, застряли и монотонной мелодией бесконечной мелодией повторялись в его голове.
Внезапно всё стихло. Грэг с трудом сделал шаг и увидел последнее событие из жизни братьев Блэйк.
– Пора нам присоединиться к нему, – восторженно воскликнул Дольф, стоящий у алтаря напротив брата.
– Наконец-то он позвал нас, – протянул Вольтер. – Пора.
Смотря друг другу в глаза, братья рассмеялись и перерезали друг другу глотки, наслаждаясь каждой каплей крови, пролитой на алтарь.
Грэгори выбросило из прошлого. Не понимая где он сейчас находится, Грэг пошатнулся и приложил руку к алтарю, чтобы не упасть, но в итоге провалился так глубоко в видение, что мир вновь померк перед его глазами, оставляя в одиночестве.