Проблема объективности времени в философии

Ю.Б. Молчанов здесь, конечно, не одинок. Например, М.Д. Ахундов после того, как рассматривает в своей работе истоки и генезис различных концепций времени в философии, указывает, что «истинную ценность этих концепций мы сумеем определить в процессе анализа их статуса в структуре физической теории» (Ахундов М.Д. Концепции пространства и времени: истоки, эволюция перспективы. М.: Мысль, 1982. С. 168). А вот точка зрения, которую высказывает В.И. Жог: «Открытие новых природных явлений, постоянный анализ современного научного знания является нашим основным источником новых знаний о свойствах и сущности времени…» (Жог В.И. Пространство, время и симметрия в физических теориях. М.: МГПИ им. В.И. Ленина, 1985. С. 38). В целом, анализируя данные примеры и позицию Ю.Б. Молчанова, можно констатировать, что на решение вопроса о роли науки в познании времени и на решение вопроса о его объективности, практически не оказал влияние происходивший в 60–70 годы процесс возвращения метафизики в философию науки, несмотря на то, что данное явление вполне нашло своё отражение в работах отечественных исследователей (См., например: Швырев В.С. Проблема отношения науки и метафизики в современной англо-американской философии науки // Проблемы и противоречия буржуазной философии 60—70-х годов ХХ века. М.: Наука, 1983. С. 29–59; Юлина Н.С. Введение. О буржуазной философии 60—70-х годов // Там же. С. 5—29).↩︎