Отец Иегудил облился гороховым супом.
– Слушай, Вася, постирай-ка мою рясу, – сказал он одному недавно поступившему в монастырь послушнику.
– Да я не умею стирать, – возразил Вася. И засмеялся.
– Вот и научишься, – ответил отец Иегудил. И засмеялся еще громче.
7
Пошла раз братия в лес погулять. Только начали гулять, как вдруг отец Иаков потерялся.
– Яша, Яша! Ау! – стала кликать его братия. Но в лесу стояла тишина. Только звонко куковала кукушка и подрастали под елками грибы.
– И почему он не откликается? – размышляла братия. – Может быть, он ушел в затвор? Или принял обет молчания?
А отец Иаков залез на высокое дерево, притворился кукушкой и смотрел сквозь листья, как его ищут. И смеялся, и куковал!
8
Отец Гаврюша был очень толстый и хрюкал во сне. Один новоначальный инок не был знаком с монастырскими порядками и, услыхав хрюканье, стал бегать по монастырю и искать поросенка. Прыгал по кроватям, пихал палкою в темные углы, даже залез на крышу и покидал камешки в водосточную трубу. Так и не нашел.
9
Инок Степаненко так усердно молился всю ночь, что расшиб себе лоб. Наутро товарищ спрашивает его:
– Что это, Степаненко, у тебя шишка на лбу? А вчера не было. Наверное, молился всю ночь?
– Да нет, это я просто упал.
– А я думал, молился всю ночь!
– Да нет, это я просто упал.
– А я думал…
– Да нет, это я просто упал.
– А не знаешь, как наши с канадцами сыграли?
– Да нет, это я просто упал.