в результате какой-то глупой или
роковой случайности. И свет твоей доброты не воссияет в веках. Жаль. Значит,
это будет десятое по счету растворение вселенной. И снова вечность не
возобладает над миром". (Много позже Марк сказал мне, что старик оказался
неправ).
— Неужели существует только один человек в мире, способный совершить
то, что должен буду сделать я? И вообще, тот ли я человек? — Марк вскочил,
подбежал к окну, уставился в небо, затем медленно вернулся, снова сел. Глаза
его горели огнем.
— …Если бы существовал еще один такой человек, ты бы с ним давно
встретился, как встретился со мной. — Незнакомец закрыл глаза. — Прощай, я
ухожу; мое умение и знание, моя сила в тебе, я отдал все. Постарайся
использовать это на благо. Хотя.., это я напрасно говорю, ведь ясно как
день, что ты чист и сделаешь все, как должно быть сделано. Возможно, где-то
что-то исказилось, передернулась ткань мира, или все это просто улыбка
вышнего, смеющегося над человеческой мелочностью…"
Незнакомец встал, пошатываясь, прошел к двери, сделав знак рукой
вскочившему Марку сидеть на месте, и исчез в джунглях, в ночи… Навсегда.
Марк долго раздумывал над всем этим, дни сменяли ночи; он не знал, что
делать, чем заняться. Вся жизнь казалась ему скучной и уже как бы прожитой,
ведь он знал почти все ключевые события своей жизни, которые произойдут с
ним в будущем. Почти. Это очень важно. Почти, потому что однажды он вдруг
почувствовал нечто в пустоте своего существа, которое вспыхнуло, как слабая
искра, как спичка в темном храме, и сказало: "Да". Просто и по-земному вся
его жизнь вдруг перевернулась. И он пошел. Было очень странно видеть, как
ноги, уверенные в направлении, в котором они несли тело, казалось, обладали
собственным сознанием. В-общем, он вернулся обратно, и ряд переживаний
открыл ему знание того, что он встретится со мной, многому меня научит и, в
частности, тому, как выжить после Перехода и помочь сделать это другим. Пока
он все это рассказывал, мы добрались до той самой хижины, где много лет
назад произошла встреча со стариком, и я спросил Марка, кто же тот его
знакомый, у которого мы должны были узнать о своем будущем, о том, кем мы
станем? Он долго молчал, потом вздохнул, засмеялся, вз®ерошил волосы и
рассказал:
— Понимаешь, Феб, ты уникум. Ты не существуешь ни в прошлом, ни в
будущем, тебя не должно быть, однако, ты здесь, передо мной, — он шутливо
пощупал меня руками, как бы убеждаясь, что я не привидение. — Тебя
невозможно предсказать или увидеть в откровении, в пророчестве. Ты подарок
Господа, — Марк был весел и полон энергии, — его тайна. И для чего ты
пришел, каково твое предназначение, неясно. Ты как бы лишний в мире. Видимо,
ты одно из доказательств не жесткой детерминированности Вселенной, а ее
свободной игры, игры бескрайнего сознания с реальностью. Игры радостной,
светлой и без всяких правил и систем, которые мы, люди, якобы открыли.
Вероятно, ты сам узнаешь, чем должен стать человек, но произойдет это не
скоро. Хотя, строго говоря, невозможно заранее предполагать действия того,
кто не существует. А в эту глушь мы забрались, по секрету скажу, лишь для
того, чтобы запутать следы. Это нужно для тебя, ведь свой конец я уже знаю
наверняка. Но… в-общем, когда я помру, ты попытайся сделать то, что должен
был сделать я. Не знаю, что из этого выйдет. Могу лишь сказать, что, начиная
с этого момента, жизнь у нас с тобой будет, мягко говоря, неспокойная…"
И, как в доказательство его слов, деревянная крыша хижины рухнула под
тяжестью… свалившегося на нее с дерева орангутанга, не рассчитавшего, как
видно, прыжок с ветки на ветку, смертельно перепугавшегося и под наш общий
хохот унесшегося в гущу сплетения лиан…
Когда мы вернулись из Африки, наша квартира была опечатана. Нас
разыскивали за неуплату налогов, подозрительный образ жизни и уйму всяких
мелких выдуманных преступленьиц. Мир шел к своему концу семимильными шагами.
А, впрочем, что мы знаем!…"
Феб взглянул на Сааха долгим взглядом и снова увидел тот свет,
струившийся из двух колодцев черных глаз…
— Конкретно, я сейчас знаю одно, — сказал Саах, глядя вперед, — что нас
пытаются остановить некие формы, если верить обстоятельствам, не являющиеся
людьми. Ты видишь?
Феб встрепенулся,