Наступило короткое, напряженное молчание. Каждый звук извне казался усиленным: скрип ветвей, далекое ржание лошади, тихий шепот ветра, пробирающегося сквозь щели в стенах. Воздух в амбаре был тяжелым от предвкушения и нервозности. Лия чувствовала, как её ладони слегка вспотели, несмотря на холод. Иявеенари негромко постукивала пальцами по предплечью, а Рорг оставался неподвижным, словно его вообще не касалось это ожидание. Каждая секунда тянулась, наполненная странными мыслями и скрытыми переживаниями.
Наконец, за пределами амбара послышался близкий, приглушенный топот копыт, затем мягкий скрип полозьев по укатанной дороге. Звуки становились громче, приближаясь, и вскоре тяжелая тень закрыла проем амбара, заслонив слабый лунный свет. Повозка прибыла. Четверо вышли из амбара в стылую темноту, которая ощущалась густой и непроницаемой после тусклого света внутри. Перед ними, едва различимые в предрассветном сумраке, стояли сани. Это были не простые дорожные сани, а внушительные, закрытые, отделанные лакированным деревом, с обитыми мехом сиденьями внутри. Богато, по-посольски. Даже в таких мелочах легенда давала свои плюсы – не придется мерзнуть, трясясь на открытой повозке. Пятерка крепких, широкоплечих коней, окутанных легким паром, нервно переступали копытами, ожидая начала пути.
На козлах сидела фигура возницы. Его лицо было почти полностью скрыто глубоким капюшоном и плотной маской от снега, оставляя открытыми лишь стеклянные прорези для глаз. Темнота еще больше усугубляла невозможность рассмотреть черты. Иявеенари, уже стоявшая обеим ногами на ступеньке кареты, замерла. Её взгляд зацепился за что-то неуловимое в силуэте возницы. Знакомое движение? Едва заметный наклон головы? Она прищурилась, пытаясь сквозь мрак и скрывающие детали понять, кто же это. И в этот момент, когда она уже почти отчаялась, возница еле заметно подмигнул. Незначительный жест, почти незаметный для остальных, но Иявеенари всё поняла. В груди ведьмы зашевелилось удивление. Неужели это… Тисса? Что он здесь делает? Мысли закружились, но она держала их при себе.
– Я немного побуду на козлах, – предложила она, повернувшись к остальным.