Делать было нечего, и я решил продолжить осмотр лаборатории. На этот раз, зная куда идти, я дошел до нее гораздо быстрее. Оказавшись внутри, я принялся за осмотр остальных комнат. Все помещения были похожи друг на друга, почти в каждом находились пара скелетов и какие-то приборы. Правда были и несколько совсем иных комнат, где не было ничего, кроме цепей и крюков со следами засохшей крови, а в некоторых стояли кресла, как в кабинете стоматолога, только с ремнями для фиксации рук и ног, скальпелями и прочими инструментами, находящимися там явно не для лечения.
Но все-таки нашлось помещение, которое меня заинтересовало, оно было подписано, как “Комната управляющего”, сразу стало понятно, что важную информацию надо искать там, но, как на зло, она была закрыта на замок, открывающийся ключ-картой.
“Такой топором и ломиком не вскрыть.”
Дойдя до конца коридора, я уткнулся в лифт, который вел только вниз, на нулевой этаж. На свой страх и риск, я решил воспользоваться им. Лифт спустился без происшествий.
“Да, на совесть сделано, такой и сто лет прослужит без техподдержки.”
Расположение помещений на нулевом этаже было практически идентично первому, но гораздо мрачнее. Вместо обычных световых ламп здесь были ультрафиолетовые, что подчеркивало высокий уровень стерильности.
Осматриваясь вокруг, я заметил одну странность – на всех стенах полопалась краска, будто это помещение подвергалось затоплению, и влажность воздуха на этом этаже была намного выше, чем на предыдущем.
“В кино обычно лаборатории затопляют, если кто-то разбивает колбу с каким-нибудь смертельным вирусом или редкой болезнью.”
Комнаты были закрыты.
Заглянув через окно в одну из комнат, увидел жуткое зрелище, – груды костей в перемешку с ошметками одежды были раскинуты не далеко от двери. Это наталкивало на мысль, что в последний момент они пытались выбраться, но намертво заклинившая дверь не оставила им и шанса на спасение.