– Да, согласен, – неожиданно спокойно ответил Леха, словно не заметив оскорбления. – У нас есть проблемы с сепарацией. Но, по крайней мере, мы чтим своих родителей и остаемся с ними связаны до конца жизни. А у вас? Вы просто забываете своих сыновей, отталкивая их, словно слепых котят, без поддержки, без помощи.
Его слова задели меня. Это было не первое обвинение в мой адрес, но почему-то именно сейчас они прозвучали особенно больно.
– Хочешь научиться плавать – прыгай в воду, – резко бросил Альбус, скрестив руки на груди. – Жестоко? Возможно. Но по-другому никак. Человек рождается с невероятной способностью адаптироваться. Если держать его под стеклянным колпаком, он никогда не станет сильным и независимым.
Он сделал паузу, словно обдумывая свои следующие слова, и продолжил:
– Наши методы могут показаться жестокими, но они проверены веками. Мы видим результаты. Наши сыновья становятся великими воинами, мудрецами и магами, потому что с самого начала они учатся бороться и выживать.
Леха нахмурился, его взгляд стал жестким, но он не перебивал сразу. В его глазах читалась внутренняя борьба, попытка осмыслить то, что казалось ему совершенно чуждым и диким.
– Может быть, – наконец сказал он, голос его был низким и напряженным, – но я все равно не понимаю, как можно вот так просто отпустить. Я бы не смог. Даже если бы знал, что это на благо.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как его слова эхом отдаются в моем сердце. Понимание… всегда сложное, особенно когда сталкиваются такие разные миры, такие разные системы ценностей.
– Я понимаю твои чувства, – сказала я тихо, грустно. – Но у нас просто нет другого выбора. Это то, что сохраняет наш клан сильным. Это и есть наша магия. Мы знаем, что мир жесток, несправедлив. Если мы не подготовим наших детей, то кто это сделает? Мы даем им шанс научиться жить в этом мире.
Мои слова повисли в воздухе, но их напряжение разрезал голос Альбуса:
– Леха, ты сам только что говорил о проблемах с сепарацией, – он усмехнулся, но беззлобно. – Может, если бы тебя вовремя выбросили из теплого гнезда, ты бы не был таким упрямым?
Леха бросил на него тяжелый взгляд, но промолчал.