– То есть, по его логике, это я вынудила его уйти к этой Чукопабре с копной сена вместо прически? – прорычала я, нахмурив брови и уперев руки в бока.
– Ну, разумеется, – Альбус приподнял одну бровь, словно удивляясь моему вопросу. – А что же еще? По его мнению, ты виновата во всем. Но… ты ведь знала, что так случится. Мама тебя предупреждала. На что ты надеялась?
Он задумчиво потер свои изогнутые рога, будто пытаясь найти ответ сам.
Я резко отвернулась от него и вновь принялась осматривать кухню. Внутри все кипело. Слова Альбуса были правдой, но принять это было куда сложнее, чем я могла себе представить.
– Я верила… просто верила ему, – тихо произнесла я, опустив голову.
Слова повисли в воздухе, как тяжелый груз. Но на раздумья у меня не осталось времени: в следующий момент дверь на кухню распахнулась, и в помещение ворвались трое орков и гарпия. Их шаги гулко отдавались в моем сознании, а взгляды полыхали жаждой крови.
Увидев нас, орки без раздумий вытащили свои мечи, а гарпия с мерзким смешком метнула под наши ноги какой-то сияющий предмет. Я инстинктивно попыталась отступить, но не успела. Из шара вырвался густой дым, обволакивая нас. В следующую секунду я ощутила, как мое тело будто сковало невидимыми цепями. Я не могла двинуться, только поворачивать голову.
Из клубов тумана неспешно вышел высокий мужчина с черной бородой. Его шаги были уверенными, а глаза горели ледяным блеском.
– Девочка моя, как тебе здесь живется? Соскучилась по мне? – произнес он тягуче, с ноткой ядовитой нежности в голосе.
Я почувствовала, как внутри все сжалось. Этот голос я узнала бы из тысячи. Это был он. Мой отец. Человек, который охотился за мной и моей силой с самого моего рождения.
Он перевел взгляд на Альбуса и, криво улыбнувшись, добавил:
– Альбус, ты тоже здесь! Какая встреча.
Черт только фыркнул, но я заметила, как его взгляд напрягся, а пальцы чуть подрагивали, будто он сдерживал желание схватиться за оружие.
Я заставила себя заговорить, хотя голос предал меня, выдав дрожь:
– Молодишься? Образ поменял?
Мой отец усмехнулся, обнажая ровный ряд зубов. Его улыбка была хищной, как у зверя, загнавшего добычу в угол.