ответствовал
Ковалев. «Наш пятак на месте…» — «Вот пусть старуха явится и даст
показания…» — «Что же мы, по-вашему, фальшивомонетчики?..» — «А я
этого и не говорил…» — «Тень на весь коллектив…» — «Разберемся…»
Ковалев меня не заметил, а Модест остановился, мутно осмотрел с головы
до ног, а затем поднял глаза, вяло прочитал вслух: «Го-мунку-лус
лабораторный, общий вид», — и пошел дальше.
Я двинулся за ним, предчувствуя нехорошее. Роман ждал нас у дверей.
— Ну как? — cпросил он.
— Безобразие, — вяло сказал Модест. — Бюрократы.
— У меня приказ, — упрямо повторил сержант Ковалев уже из
прихожей.
— Ну, выходите, Роман Петрович, выходите, — сказал Модест,
позвякивая ключами. Роман вышел. Я сунулся было за ним, но Модест
остановил меня.
— Я извиняюсь, — сказал он. — А вы куда?
— Как — куда? — cказал я упавшим голосом.
— На место, на место идите.
— На какое место?
— Ну, где вы там стоите? Вы, извиняюсь, это… хам-мункулус? Ну и
стойте, где положено…
Я понял, что погиб. И я бы наверное погиб, потому что Роман,
по-видимому, тоже растерялся, но в эту минуту в прихожую с топотом и
стуком ввалилась Наина Киевна, ведя на веревке здоровенного черного
козла. При виде сержанта милиции козел взмемекнул дурным голосом и
рванулся прочь. Наина Киевна упала. Модест кинулся в прихожую, и
поднялся невообразимый шум. С грохотом покатилась пустая кадушка. Роман
схватил меня за руку и, прошептав: «Ходу, ходу!..», бросился в мою
комнату. Мы захлопнули за собой дверь и навалились на нее, тяжело дыша.
В прихожей кричали: — Предъявите документы!
— Батюшки, да что же это!
— Почему козел? Почему в помещении козел?
— Мэ-э-э-э-э…
— Вы это прекратите, здесь не пивная!
— Не знаю я ваших пятаков и не ведаю!
— Мэ-э-э!..
— Гражданка, уберите козла!
— Прекратите, козел заприходован!
— Как заприходован?
— Это не козел! Это наш сотрудник!
— Тогда пусть предъявит!..
— Через окно — и в машину! — приказал Роман.
Я схватил куртку и выпрыгнул в окно. Из-под ног моих с мявом
шарахнулся кот Василий. Пригибаясь, я подбежал к машине, распахнул
дверцу и вскочил за руль. Роман уже откатывал воротину. Мотор не
заводился. Терзая стартер, я увидел, как дверь избы распахнулась, из
прихожей вылетел черный козел и гигантскими прыжками помчался прочь
куда-то за угол. Мотор взревел. Я развернул машину и вылетел на улицу.
Дубовая воротина с треском захлопнулась. Роман вынырнул из калитки и с
размаху