Что ж, парадигма крепко стоит на ногах, она подтверждается всё новыми и новыми фактами, пополняется новыми теориями и убежденными сторонниками. В русле парадигмы происходит пополнение копилки знаний и, в конце концов, эти полученные знания начинают противоречить самой парадигме. Безусловно, даже в момент зарождения данной парадигмы, наверняка не все факты будут ею объясняться, но ученое сообщество старается не обращать на них внимания, если предыдущая теория была ещё более спорной, или же просто-напросто отнекивается от них, говоря что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Со временем таких противоречащих фактов становится всё больше, и начинается кризис науки, т.е. такой период в её развитии, когда главенствующее положение занимает такая теория, которая, в общем-то, мало что объясняет. В «запущенном состоянии» парадигма может и вовсе исчезнуть; наука становится безпарадигмальной, ибо не существует никакой доминирующей точки зрения. Это есть кризис науки. Возникают (или проявляются) какие-то теории, которые хотят взять на себя роль следующей парадигмы, и в итоге в этой борьбы определяется победитель – теория, которая может объяснить существующие противоречия наиболее логичным и доказательным образом. Тут всё снова становится на свои места, появляется новая парадигма, которая и будет властвовать до следующего кризиса.
Вышеобозначенный тип смены парадигмы может обозначить так:
1) Парадигма → факты (противоречащие парадигме) → кризис → новая теория → новая парадигма. Но это далеко не единственная модель парадигм. Я выделяю, помимо вышеуказанной, ещё и следующие модели:
2) Парадигма → факты → новая теория → кризис → новая парадигма. Здесь теория (новая) появляется ещё в русле старой парадигмы, и именно она обуславливает кризис науки. Причем кризис здесь уже не парадигма – факты, а парадигма – новая теория.