Впрочем, как бы ни были плачевны атрибуты и следствия войны (а именно, самоуничтожение общества, впрочем, тот же итог, что и для равенства), ВКС всё равно желает и будет желать именно войны. Ибо так ВКС лучше всего. Кстати, о том, что на войне ВКС чувствует себя как нигде лучше, ещё будет сказано, сейчас же пора заканчивать. И коли уж с тем, к чему стремится ВКС, мы разобрались, да и к чему стремится ВКП тоже, то возникает вопрос: почему же мы до сих пор не живём ни в равенстве, ни в войне? И вообще, как мы живём? На то вам будет предложена следующая глава.
Естественное состояние
Надо думать, что вышеприведённые состояния общественного бытия реально попросту невозможны. На то есть две причины: во-первых, чтобы была «война всех против всех», или чтобы было равенство, необходимо отсутствие противоположной воли, а такое невозможно (по крайней мере, естественным путём). Во-вторых, такое общество либо уничтожит само себя буквально в течение нескольких десятилетий (а то и лет), либо всё вернётся на круги своя. Вышеприведённые случаи предельны, но недостижимы, как абсолютный ноль по Кельвину – предел, но так же недостижим (по крайней мере, опять же, сейчас или естественным путём).
У человека же есть и ВКП, и ВКС; общество, в основе своей, дуалистично, так же, как и сам человек. Потому, те, кто говорит: «Вначале было довольство и равенство», – правы. Но и когда говорят: «Вначале была война всех против всех», они тоже правы. Руссо (и т. п.) утверждает, что у монеты есть орёл; Гоббс (и т. п.) утверждает, что у монеты есть решка. И из этого выходит такой глобальнейший спор… Но ведь Руссо прав, у монеты действительно есть орёл; и Гоббс прав, у монеты есть решка. Но они оба не правы в том, что отвергают противоположную сторону. Ибо как у монеты есть две стороны, так и общество разрывается на два стремления.