Информационные технологии изменили также традиционные представления о ведении военных действий. Прежде всего в техническом отношении: электронные средства коммуникации, разведывательные системы, беспилотные разведывательные аппараты становятся главными видами оружия при военном противостоянии.
Распад СССР, уход России из Восточной Европы были бы не возможны, как отмечают западные исследователи, без мощного воздействия на информационное пространство. Поражение СССР в «холодной войне» и последующий передел мирового пространства стали возможными во многом благодаря новым информационным технологиям, развитию которых придавалось в США в последние десятилетия особое значение.
Новые информационные технологии обеспечивают также культурную гегемонию США. Ряд исследователей сравнивают американский подход к проблеме с ситуацией в Древнем Риме и Британской империи. Для обеспечения своего господства Рим выработал систему законодательства, распространил латинский язык, создал привлекательный патриархальный порядок в римской семье. Британская империя использовала моральные нормы протестантизма, миссионерскую деятельность, свободную торговлю, демократические принципы. Иными словами, не только сила, но и привлекательность культуры, образа жизни, soft power имеют значение. «Мы – привлекательная империя», – говорит американский исследователь М. Бут. Сами американские специалисты указывают, что, владей арабы каналом CNN, события вокруг Кувейта, Югославии и Ирака имели бы иной мировой резонанс.
Хотя английский язык является языком лишь 380 млн жителей планеты, на нем выходит большинство книг. Страны, в которых население говорит на английском языке, производят 40 % мирового валового продукта, более 80 % материалов в Интернете созданы на английском языке. Будущая научная и политическая элита многих стран получает образование в США. Одно из определений американскому «культурному империализму» дал известный американский исследователь Р. Стил: «Культурные сигналы передаются через Голливуд и «Макдоналдс» по всему миру – и они подрывают основы других обществ… в отличие от обычных завоевателей, мы не удовлетворяемся подчинением прочих: мы настаиваем на том, чтобы нас имитировали». Во внешней политике Запада наблюдается смещение исследовательского интереса на системы ценностей и механизмы психологического воздействия.