* * *
В известном сочинении Делеза «Historie critique du Magnetisme animal» (1813) приводится рассказ Эрмана об одном восемнадцатилетнем кандидате богословия Биллинге, который бывал у известного баснописца Пфеффеля, родственника Эрмана.
Однажды слепой поэт предложил молодому человеку пройтись с ним по саду. Держась во время прогулки за руку Биллинга, Пфеффель заметил, что каждый раз, когда они проходили по одному месту, рука молодого человека начинала дрожать. Сначала Биллинг отказывался сообщить причину такого непонятного беспокойства, но потом, уступив настоятельной просьбе Пфеффеля, объяснил, что, вероятно, на этом месте похоронено чье-нибудь тело, так как он испытывал какое-то тревожное чувство, которое всегда овладевало им, вблизи трупа.
Вечером того же дня, опять гуляя с баснописцем, молодой человек видел над тем же местом светящуюся, прозрачную фигуру женщины. Тогда Пфеффель, которого Биллинг не решился сопровождать, подошел к призраку и стал поражать его палкой, которая рассекала фигуру, не нарушая ее очертаний. В следующий вечер, в присутствии многих родственников поэта, из которых никто ничего не замечал, Биллинг опять видел ту же фигуру.
Несколько дней спустя, по приказанию Пфеффеля и без ведома Биллинга, на замеченном месте была вырыта глубокая яма, на дне которой, под слоем извести оказался человеческий скелет. Удалив его оттуда, яму опять засыпали и заровняли. Через три дня Пфеффель опять отправился в сад, взяв с собой Биллинга, который ничего не знал об открытии, но на этот раз молодой человек уже не испытывал никакого беспокойства.
Представляется очевидным, что вовсе недаром в традициях народов всего мира существуют обычаи обставлять смерть человека определенными обрядами, провожать покойника на кладбище с исполнением особых ритуалов. Несмотря на всю их различность у разных народов и религиозных конфессий, указанные ритуалы несут в общем-то сходные функции – помешать энергетической составляющей умершего возвратиться в мир живых людей.
Вот сообщение комиссии «Феномен» из сегодняшнего дня. «Почти год провел в дальнем плавании Николай Меркулов, а по возвращении собрал на радостях родню и друзей. Пили, пели, танцевали. Все было замечательно, пока не подняли тост за тещу хозяина дома… Пока Николай был в море она умерла, вот и решили помянуть ее – хорошая была женщина! Выпили не чокаясь, как полагается по русскому обычаю, и тут-то все и началось…
– Внезапно за столом воцарилась гробовая тишина, – пишет в комиссию «Феномен» Н. Меркулов. – Все с отвисшими челюстями уставились мне за спину. Оборачиваюсь, а в темном дверном проеме, ведущем в соседнюю комнату мерцающий силуэт – точь в точь баба Маня (так мою тещу звали)! Тут ярко мигнула фотовспышка – это мой сосед, снимавший застолье, рефлекторно нажал спуск на своем стареньком «Киеве». И наваждение исчезло. Но веселье уже разладилось, и гости стали собираться по домам. Мы всю ночь с женой потом, вместо того, чтобы любить друг друга (все таки год меня не было!) гадали что это могло быть. А утром сосед совсем на нас страху нагнал – сказал, что проявил пленку, и на том самом кадре полупрозрачная фигура бабы Мани. Вы можете мне не верить, тем более что ту пленку мы сожгли – побоялись, что снимок покойной может принести нам болезни и неприятности. Не галлюцинация же в самом деле – ее то нельзя сфотографировать…»