Взять вирус. Никаких стремлений, никаких потребностей. Только записанная программа: «при заданной структуре – размножь меня». Примитивно, эффективно – и чудовищно знакомо. Наши компьютеры существуют так же. Но в их программах написано другое – а ведь принцип тот же. Дайте компьютеру подходящую форму и напишите: «при заданной структуре – размножь меня». И вот вам уже стимул. И вот вам уже отбор: при всех возможных вариациях, при всей изменчивости, в итоге останутся лишь те машины, которые будут эффективнее выполнять программу! А это и есть жизнь.
И что разум? Осознанная необходимость, не более. Если для более эффективного исполнения программы – для победы в конкурентной борьбе с другими видами машин и программ – им понадобится перейти на более высокий уровень потребления и выделения энергии, они сделают это. И сделают гораздо быстрее «живых» существ.
А человек – он создан (условно говоря) для жизни и деятельности на Земле, в условиях этой конкретной биосферы. За пределами Земли человек не выживает.
Конечно, можно построить космические корабли и научиться дышать в вакууме. Но тогда свое веское слово скажет время и наша смертность.
Ладно, мы научимся останавливать старение. Мы изменим себя, мы сольётся с механизмами, станем киборгами. Но ведь каждую новую проблему придется решать путем создания костылей, которые помогают нам всего лишь не умереть мгновенно в жестоком космосе. Это долго, трудно, затратно. А выхлоп – ничтожно мал в сравнении с ценой. Это неэффективно.
Человек неэффективен в качестве колонизатора космоса.
А Вселенная развивается по законам энергоэффективности. И, подобно тому, как мы пришли на смену более ранним формам приматов – просто потому, что были эффективнее в решении своих задач – так машины придут на смену нам. Во всем, во всех видах деятельности, и особенно – в освоении космоса.
Мы никогда не встретим другие, внеземные цивилизации. И они никогда не встретят нас. Максимум, на который можно рассчитывать – что когда-нибудь в будущем наши машины повстречаются с их машинами.