– Да, Мартин, мир вокруг нас играет свою роль! Но это не уменьшает важности нашего внутреннего «я». Уникальные чувства и переживания – это сама суть человеческого существования. Забудьте о трансцендентном, но не игнорируйте глубокие эмоции, которые не поддаются объяснению!
Хайдеггер напряженно сжал губы:
–Ваши слова звучат убедительно. Возможно, я был неправ, отвергая возможность субъективных переживаний, но это требует глубоких размышлений.
Максимка посмотрел на Хайдеггера с недоумением:
– Так выходит, Вы считаете, что реальность – это всего лишь то, что мы ощущаем? Все сводится к личным чувствам и мнениям?
Хайдеггер спокойно кивнул:
– Да, именно так! Я разумеется выступаю против разделения «субъект-объект». Мы – это «бытие-в-мире», неотделимые от всего, что нас окружает. Личные восприятия – похоже важная часть реальности.
Максимка нахмурился, теперь получается, что настоящая Лилия – не настоящая:
– Если всё – лишь наше восприятие, как мы можем быть уверены, что что-то существует за пределами нашего сознания?
– Ты упускаешь главное, Максимка! Нужно осознать, что границы дихотомии «субъект-объект» искусственны.
Максимка внутренне боролся с искушением грубо возразить:
– Может, и так… Но как же быть с тем, что мы не можем передать? Как разделить переживание между людьми, если у каждого свой мир?
– Именно в этом и заключается суть! Наши внутренние миры уникальны, и это делает каждое чувство важным. Познание – не только обретение фактов, но и глубокое понимание своего опыта.
Максимка задумался:
– Конечно, вы правы… Личные переживания действительно важны, даже если их никто не разделяет.
Хайдеггер заключил с удовлетворением:
– Вот так и видишь! Открытость к новому взгляду на мир – вот что имеет значение. Каждый из нас – исследователь своего бытия, которое как свет, щекочущий наши чувства.
А в стороне разгорелась бурная беседа. Сартр, прижавшись к Бердяеву, горячо говорил: