— стал объясняться представитель фирмы, —
почему это он, мол, то есть, я, во вторник — на 'ты', а в пятницу — на
'Вы'?.. Все очень просто.
'Будто мысли читает', — подумал парень.
— Так вот, я говорю — все очень просто, — через паузу продолжил
далее представитель фирмы. — На 'ты' я называю всех, абсолютно всех, кто
приходит к нам и уходит безвозвратно, но, когда я прочел ваши документы и
убедился в обратном, в том, что вы обязательно вернетесь к нам, то,
признаться, немного заволновался даже, мало ли что, а вдруг-таки
передумаете, хотя и маловероятно, но все же — всякое бывает, а для нашей
фирмы каждый верный клиент — это перспективный доход, прибыль, голубчик
мой! А, сами понимаете, верный клиент, это уже — человек уважаемый, это уже
— 'вы'! Правда, пока не больше, но и не меньше того! Думается, что теперь
вы успокоились и мы имеем возможность продолжить нашу работу?
— Конечно, — как бы мимоходом улыбнувшись, подтвердил молодой человек
и пожал, неожиданно, ему, во мгновение протянутую руку представителя фирмы.
— Теперь, пожалуй, мы можем пройти в соседнюю комнату, где мы и
оформим с вами наши дальнейшие совместные отношения. Необходимо все скрепить
договором и оговорить отдельные деликатно тонкие нюансы, — отчеканил,
выпрямившись во весь небольшой рост, представительно, как это бы он сделал
на заседании сотрудников фирмы, мужчина в белом халате.
Соседняя комната выглядела совершенно так же, как и рабочий кабинет
представителя фирмы, только окна в этой комнате не было, вместо него, там,
где бы должно быть окно, во всю эту стену, мелодично красовалась
фотографическая картина золотистого осеннего лесного пейзажа, выполненная на
бумаге и наклеенная непосредственно на стену от пола до потолка. Картина
подсвечивалась особенно, так, что свет, нескольких подвешенных на потолке
фонарей, освещающий ее, вырисовывал дополнительную глубину изображения и
создавал иллюзию присутствия живого отрывка леса здесь, в этой комнате, и
работа скрытого кондиционера воздуха подчеркивала объемность такого
присутствия. Молодому человеку было, так же, предложено присесть в очередное
кресло, что он и сделал без промедления, а мужчина снял свой белый халат,
повесил его на вешалку во встроенный шкаф и предстал теперь перед своим
посетителем в шикарном серого цвета атласном костюме. Поправив свой галстук,
он занял свое место за столом с весьма гордым и официальным видом усевшись
во вращающееся кресло на колесиках.
— Кажется, можно приступить, — сказал вдохновенно он. — Георгио
Фатович Ворбий, к вашим услугам! Учредитель фирмы 'Обратная сторона', —
отрекомендовался торжественно мужчина.
— Очень приятно, — с нескрываемым удивлением отозвался на
представление молодой человек. — Ну…, а меня вы уже знаете по документам.
— Нет уж, уважаемый, будьте добры и не сочтите за труд, но
представьтесь тоже. Поймите, голубчик мой, ваше представление важно не для
апофеоза или каприза настроения — это своеобразное начало ритуала нашей
фирмы. Необходимо оставить прежнюю вашу жизнь в том кабинете из которого мы
сюда с вами явились. Итак…
— Бондаревски Юрий Анатольевич, — отрекомендовался молодой человек.
— Рад. Весьма рад иметь с вами дело, Юрий Анатольевич, — подытожил
словесный камуфляж представитель фирмы и снова протянул свою руку, но на
этот раз не спеша, клиенту.
Обменявшись очередным рукопожатием, оба, сидящих друг против друга
человека, с пару, почти неуловимых секунд, смотрели глаза в глаза.
— Итак, первое условие нашей фирмы, — заговорил Ворбий. — Оно
заключается в знакомом и в присущем всему на свете: в энергии обмена. А раз
обмена, то, как вы, Юрий Анатольевич понимаете, состоит, это условие из
двух, неразрывно связанных, частей, компонентов, так сказать.
— Я не совсем понимаю вас, — насторожился Бондаревски.
— Выражаюсь естественнее :мы, наша фирма производит определенную,
жизненно необходимую для вас, работу, а вы ее оплачиваете. Результат нашей
работы вам известен, иначе бы вы не сидели сейчас передо мною. Теперь,
думаю, наступила пора…
— Сколько это стоит?
— Вот-вот, я именно об этом и говорю, — согласился с вопросом клиента
представитель фирмы. — Наступила пора знать вам и второй компонент. —
Бондаревски