Уникальность и Тень
Когда вы боритесь со своей Тенью, всё равно поймёте, что есть что-то больше, что сильней вас. Кто-то впадает в мистицизм и эзотерику, считая, что это невидимое запрещает ему или, наоборот, провоцирует его и различные негативные состояния. Но это не так. Тень – не внешние обстоятельства, которые вынуждают вас негативить.
Потому что когда работаете со своей Тенью, вы видите, что у вас уже настолько не было сил сдерживать свои эмоции раздражения, гнева или большого желания, что стали выплёскивать во вне то, чего много в вашем сосуде. Вы – как сосуд и в нём много различных состояний – чего больше, тем и делитесь. Тень – это эмоциональный мусор, накопленный за годы. Или возможность увидеть в себе скрытые таланты.
Когда вы боретесь, ваша солнечная сторона ослабевает и тухнет. Она, конечно, совсем никогда не угаснет, но задумайтесь у маньяков 20% осталось солнечной их стороны, света, персоны, их самости, эго и 80% теневая сторона, тёмная, где подсознание рулит на 80%. У 20ти-процентных нет сил менять жизнь – тут хотя бы до миски с похлебкой дойти!
Человек может проснуться и не вспомнить, где он был. Это происходит с теми, кто напивается до полусмерти: он действует, тело функционирует, но где он был и что делал – не вспомнит. Когда проявляет себя тёмная сторона или Тень, человек называет это искушением.
Борясь непрерывно, он всё-таки поддаётся и начинает себя ругать, что ещё больше выключает интенсивность светлой стороны. Борьба усугубляет положение вещей и уже видится, будто весь мир заставляет быть плохим.
Это легко увидеть на примере тех, кто вечер провел настолько весело, что утром не помнит ничего. Это означает, что подсознание полностью выключило сознание и просто выбросило во вне накопленный негатив. Именно для этого ввели искусственные праздники и стимуляторы, например, Хэллоуин и алкоголь.
Всё для того, чтобы людьми было легче управлять. Ведь у тех, кто выплеснул накопленное, желание добиться для себя лучшее не активируется – ушла вся энергия на слив в «как бы естественное» проявление себя по уважительной причине. Инстинкт агрессии реализован и противостоять нет уже сил.
Что происходит потом – вы говорили себе: «Я не могу быть таким, не могу быть настолько злым, раздражительным, настолько не любить своих детей или родителей. Я не такой!». И т.к. в психике очень много есть специальных механизмов защиты, это всё вытесняется в окружение и теперь вы в них видите то, что есть в вас – грубость, раздражение, агрессию, слабость, ревность и т. д.
Те эмоции, которые кружат вокруг вас – и есть вы, но только в своей теневой стороне. Вы как бы компенсируете то, что есть в вас, проецируя это на другого человека. Выход: смириться и принять или не смиряться и не принимать. Непринятие себя дает серую или двойную жизнь.
Здесь есть важное в виде загвоздки: если не принимаете себя таким, вы либо живёте скучную жизнь, либо становитесь маньяком (в прямом или переносном смысле). Сколько примеров священников, которые переступили черту и вступали в неправильное отношение с теми, кто был гораздо младше их.
Или были те люди, которые были подавляемы в детстве очень сильно родителями или кем-то из окружения. Потом это проявляли так, что их ловила вся страна. У маньяков уже не было сил сдерживаться, Тени стало слишком много и сопротивляться причинять вред уже давно даже не хотелось. Их 80% личности съел троян-червь тьмы. А коллективное бессознательное – это Тень коллектива, когда одинаковые боли и причина это реализовать обоснована разрешением из вне.
Но Тень – это хорошо для вас и вашей психики. Она дает возможность отдыхать при общении с людьми и не думать 247 о том, что ваши ожидания не оправдались. Поэтому вы находите тех, кто на вас похож, даже если на первый взгляд общее не очевидно. Компенсация дает ощущение значимости, поэтому есть любители осуждать и сплетничать.
Черпайте из вашей Тени энергию. Когда вам хочется разозлиться, идите добейтесь того, чего хотелось давно. Если вы хотели с кем-то поговорить, но не решались, то в таком состоянии гнева пойдите и поговорите, высказав важное для вас. Конечно, экологично это делайте!
Почему появляются различные заболевания? Уже доказано, что почти 100% случаев – психосоматика причина дискомфорта и сбоев тела. Возьмите перечень всех болезней – это мысли, которые копились десятками лет, а у детей и новорожденных – это просто принятие задачи взять боль себе в помощь тем, кому очень тяжело. Родители или даже предки навалили на себя очень много несбыточных и недостижимых задач – и дети просто собой помогают через любовь к себе проработать очень многие серьёзные задачи.
Задание: напишите список ваших недомоганий. Максимально полный. Посмотрите психосоматическую таблицу заболеваний Л. Хей или Л. Бурбо. Пропишите все аффирмации и повторяйте каждый день. Запишите ваш инсайт.
Задание VIP: когда ошиблись, хочется ругать себя и обзывать последними совами. Было такое? Это проще всего, но легче не станет – так каждый может забить камнями любого. Но лучше научиться любить себя, какие вы есть – это сложнее, но эффективнее работать с внутренней тьмой. Напишите список четких критериев, по которым вы поймете, что любите себя!
Мир Ничто
Мир Уничтожения Душ и Последних просьб
Душа Ангела летела долго. Сначала это был какой-то узкий проем. Он очень сильно царапал тело при падении. Некоторые железные штыри раздирали кожу до мяса. Но не могли удержать её. Она падала и падала вниз.
Она вначале пыталась рассмотреть, что там внизу. Но там было ощущение полной пустоты – вот что такое темнота. Вообще ничего не видно.
В начале боль ещё чувствовалась, но потом это совершенно перестало её беспокоить. Даже уже было интересно, чем это закончится. Казалось, это была просто небольшая ямка. Алиса в стране чудес упала в какую-то интересную ситуацию и вышла из норы кролика.
А почему она падает в бездну, где нет конца и края, где его не видно? Она даже успела забыться коротким тревожным сном. Её разбудил очередной штырь, который впился в висок.
Но из-за того, что падение было на невероятной скорости, она от него отлетела и… просто тонкая струйка побежала к губам. Почувствовала вкус соленой крови. Это её кровь! Это вкус её жизни…
Так почему же она так долго его не ощущала? Почему она забыла жить? И почему только сейчас она его попробовала?
Она даже закрыла глаза. Почувствовала ветер… Только куда он несся – вверх или вниз, вместе с ней? Потом поняла, что всё-таки воздух шел снизу-вверх из глубины, куда она подала.
Интересно, если там есть движение, значит там есть дно?.. И насколько глубоко нужно упасть, чтобы ощутить опору? И снова начать, встать на ноги и пойти – смотреть и карабкаться наверх?! Позволить себе туда посмотреть!!.
После этих мыслей время как будто замедлилось. Было ощущение того, что оно останавливается. Вроде бы и падение стало не такое острое… отверстие шире.
И уже ничего не кололо, даже не придавало дискомфорт. И она ощутила, что падает в какую-то емкость. Куда помещается кто или что?
В ней однозначно очень узкое горлышко, но в него затягивает. Буквально засасывает. Даже если коснёшься одним пальцем, ты уже там.
Возникло почти животное чувство, что уже скоро дно. Но было абсолютно темно. В начале была ещё какая-то тревога, что можно упасть на что-то, на кого-то, повредить себя и умереть.
Но а не есть ли то ощущение, что всё равно – смертью, в том числе? А если рассматривать то, что гибель тела – это только начало? Но чего?
А если она сейчас умерла и летит не в рай, а куда-то в другое место? То почему это происходит именно так? Продолжают болеть и зудеть раны. Она продолжает чувствовать вкус соли от собственных слёз. Почему?
Ответ на вопрос не пришёл, потому что она-таки упала. Эта встряска дала то желанное состояние дна, ощущение под собой места. Это… не земля.
Что-то непонятное, какое-то мягкое и в тоже время твердое. Она попыталась встать, но слишком много ран. От ветра её раны, конечно, засохли. Даже некоторые стали затягиваться, но всё равно чувствовалось, что что-то их потихоньку разъедает.
Особенно то, что уже стало затягиваться. Что? И тут ей ударил в нос этот запах – затхлый, буквально гниль склепа с заживо замурованными! Ему не 100 лет. Там вообще нет времени.
Там постоянно оставляют смертоносный след… трупы. Запах разлагающихся тел. Неужели и её ждёт эта же участь – разложиться на мелкие микробы, зловонить и превращать из этого ветер вверх.
Лететь смрадом туда, откуда пришли формой. А может так пахнут Души, которые вылетают из тел? А может быть так тела и воняют, потому что там Души уже нет? А может быть и пахнут, потому что очень хотят выйти, открыться.
Она всё-таки поднялась. Это было нелегко, но какое-то 6-7-10 чувство, которое в ней осталось, заставило её приподняться.
Она встала. И заставила себя идти. Потому что не идти было невозможно, ведь под ногами ощущались вот эти живые трупы. Почему живые? Потому что «оно» шевелилось под ногами. Но уже звука не издавало.
Когда она почувствовала более-менее твёрдую поверхность, она остановилась. Дышит она или не дышит? Потому что на земле так называют отдышаться.
А как назвать это состояние, если ты, наверно, не дышишь? Поэтому и запах не чувствуешь. Как будто это было её место, тёмная, затхлая ёмкость. Относительно стабильное, но не одного угла… Ни одного!
Вытягивая руки, не наткнешься ни на что твёрдое. Нету… твёрдого… под руками… и над… тоже нет. Звуков нет. Всё в такой тишине, как говорят, гробовой. Интересно, гробовая тишина – она оказывается такая. Удивительно.
Она помнила всякие истории про Садко, который вынул сердце и указывал путь в кромешном мраке. Но это было возможно и реально проделать только один раз. Но было ли в ней сердце? Живое… физическое, которое билось на земле, конечно, было, когда она жила…
А сейчас?.. Что она чувствует в груди? Что оно чувствует там? В этой абсолютной тишине появилось привычное ощущение, пусть и слабое, внутренней заботы. Оно стало согревать.
Оказывается, здесь холодно. А ей стало теплее. И она поняла, что все ответы внутри. Внутри! И она поверила, что ей помогают вопросы.
Начала их задавать. Истошно, даже дико. Громко кричала на всё пространство: что вопрос, что ответ. И эхо не было. Что там говорить за другие голоса.
Либо пространство разочаровалось, либо ждёт. Разочаровалось в чём? И ждёт чего? Но каждый вопрос и, находящийся где-то в глубине неё, ответ, не от крика просыпался – а от самого себя.
И так стало горячо внутри, так горячо, что захотелось согреть то, что причинило боль. Согреть собой. Открыть поры и вынуть этот жар, это тепло и согреть.
И поры действительно открылись. Она даже сама не ожидала. Они расширились неимоверно. И ей предстала картина собственного светоточения. Она начала светиться и осветила пространство вокруг себя.
Только теперь она обнаружила тех, кто от этого света начал приподниматься. Вначале у них были очень мутные, бледно-серые глаза, без зрачков. Но чем ближе они становились, тем больше стали похожи на людей.
Приближенные к её светлому теплу, щедро сочившийся из каждой поры ее тела, из глаз, даже из волос, становились не то, что похожи на людей, они ими становились. Те, которые твердо и плотно стояли на ногах, брались за неё невидимыми нитями. И только они поднимались наверх.
И не было там наверху того узкого горлышка. Они собой освещали совсем другое пространство. Были и те, кто не верили в этот свет. Утверждали, что это иллюзия, их предсмертный бред и глупость самозванки, которая привлекает, потому что выгодно ей.
Но она оставалась стоять. Потому что всё большее и большее количество людей становились ими. И начинали светиться и подниматься. Невозможно было сказать, что они выходили с этого пространства.
Она уже даже не могла вспомнить, где она до этого была, и как она оказалась сейчас здесь. Может быть она тут и была? Всегда. И всю свою жизнь летела сюда.
Пространство никогда вокруг неё не расчищалось, потому что подходили, подползали, ковыляли к ней те, которые хотели точно также стать облегченными. Лёгкими, как пушинка, как белый светлый пух.
Светлое пространство становилось шире. И те, которые вверху, протягивали уже свои нити другим. Не поверившие ей, доверились им. Мало, кто помнил и знал, что Первой была она, что она объединяла в центр… Что она и есть центр.
Она только один раз усомнилась в этом, когда почувствовала холодную руку знакомого лица. И поняла, что всем помогает просто её свет, а горячо дорогому существу она помочь не может. Она не может облегчить того, кто был важнее всех.
Её свет стал меркнуть. Она стала чувствовать боль внутри, а снаружи ее разбудил от этой летаргии оглушительный резкий крик – сначала в одном месте, потом чаще и чаще, со всех сторон.
Люди боялись остаться в темноте… опять. Они стали так жалобно кричать: «Света, дайте света! Ещё!». Эти мольбы, вопли, стоны стали так часто, что она услышала зов того, ради чего всё.
Всё, что в ней распалось на мелкие части, с невероятной силой стало соединяться вновь благодаря тому выводу, который прогремел внутри нее – у каждого есть выбор: стать или не быть; хотеть или не верить; мечтать или лежать лицом вниз.
Но если эта холодная рука коснулась, значит она хотела верить?! Значит есть другой способ!.. Помочь другим…
И она прокричала этот вопрос. Из темноты слышались разные слова – это ответы, от поверивших. Но реакция была не той, которую она ждала: «И я! И я хочу узнать… И мне… Дай мне!».
Она повернулась к этим бережно хранимым чертам другого лица. Оно уже обрело лик человека, но до сих пор оставалось маской. Было ещё холодным, без единой дрогнувшей морщинки – гладкое отсутствие складок…
Ее стенание, с вопросами самой себе, она повернула к доверившимся. Она почти рычала вопросами и уже не себе. А другому… Тот сопротивлялся. Умоляюще смотрел отсутствующими зрачками вглубь неё.
Она настойчиво, почти командно задавала один и тот же вопрос… один и тот же вопрос: «Кто ты… Кто ты?.. Кто ты???».
И изможденная, наконец, она услышала ответ одновременно с рыданиями, которые и сделали восковой мимику, заперев всё самое больное в бездне собственных мучений.
Было не вполне понятно: это было рыдание или ответ? Кто тот… И она услышала в темноте, где-то там звук света, чужого, почти взрыв.
Те, кто отвечали на вопрос, взрывались. Но не они, а их оболочка. Мгновенно взлетали вверх, туда, к облегченным. Но если те, первые, светились нежно-желтым цветом, как цыплята. То эти, взрывные, розовые с голубым. У них чувствовалась другая энергетика, не раздвоенная, а двойная.
И тут она услышала хлопок, который почти оглушил её. И тот ответил на вопрос: кто ты. Ответил! И рука потеплела. В начале она держала руку того, кому помогла, но затем освободилась.
Глазами ответила на вопрос «почему» – «потому что я нужна здесь, я нужна им; а ты давай свой свет, чтобы здесь становилось всё меньше и меньше тех, кто заблудился, кто упал, кто тяжел».
И тогда она поняла, что здесь была, как чистый воздух, нужна! А всю боль передержала, перетерпела, пережила, пролетела для того, чтобы задавать вопросы и отвечать на них самой.
Нет, это не глупое смирение! Это не покорность, не подчинение, не кротость… Нет. Это очевидность. Это признательность.
Благодарность тому, что кто-то принял её выбор. Она уверена, что были еще другие миры, но у них другие задачи. А у неё – эта – помогать Душам в мире Уничтожения Душ.
Когда-нибудь, она, наверно, будет в другом пространстве. И уже другие будут облегчать, освещать ее примером Героя…
Падение Ангела отрывок из книги «ЯсноЧувствование»