Единственной субстанцией, не требующей внешних причин и условий для своего сотворения, является пустота, не нуждающаяся в причинно-следственных связях, обоснованиях и объяснениях, откуда она появилась, кто ее сотворил, почему она именно такая и почему она вообще есть (или почему ее вообще нет). Небытие – единственное, что способно обусловить существование самого себя, и это есть первое очевидное обоснование пустоты как субстрата мира. Не требуется механизма создания того, чего нет. Для сотворения «ничего» не требуется никаких причин и условий, равно как и доказательств этого. И здесь как никогда справедлив Джордж Беркли, заявляя о необходимости доказывания существования материальных объектов, а не отсутствия оных [4].
«Ничто, небытие как исходное отсутствие чего-либо ничем не обусловлено, – пишет Натан Солодухо. – Для того чтобы ничего не было, ничего и не надо: не требуется никаких и ничьих усилий. Поэтому именно Ничто, Небытие исходно, изначально и есть действительная «causa sui», не требующая ни в чём другом своего основания. Поэтому именно Ничто, Небытие и может служить действительной субстанцией мира, выступать первопричиной и основой всего реально существующего, т. е. Бытия» [5].
Пустота – предел качественного нисхождения
Философия всегда нуждалась в категории небытия и всячески стремилась к нему, хотя зачастую и неосознанно. Она усердно занималась изысканиями запредельно простой первоосновы, без которой любые системы мироосмысления оказывались зыбкими и субтильными. Ей всегда недоставало прочного фундамента, надежного исходного субстрата. Однако попытки приведения любых субстанций к предельной качественной упрощенности непременно завершались их полным ничтожением, сведением «к нулю».
Не возымели успеха ни античные потуги возведения в ранг субстрата мира «первоэлементов» в виде воды, воздуха, земли и т. п., ни последующие устремления сделать ставку на атомы, кварки, эфир, электромагнитное поле… Николай Лосский был прав, заявляя, что вопрос о сверхмировом начале является труднейшим в философии [6].