– Сопоставить два изображения в едином пространственно-временном диапазоне? – прозвучал из глубины кают-компании вопрос ЭММЫ, заставив вздрогнуть лейтенанта Павленко.
– Думаю, что в этом нет крайней необходимости. И так всё понятно, – после длительной неловкой паузы задумчиво ответил Иван Петрович, его голос также гулко отскакивал от стен, приобретая холодный металлический оттенок.
– Что понятно?… Что понятно? – возмущённо тараторил полковник, – понятно, что я и мои люди испугались неизвестно чего, понятно, что моя команда стреляла в призраков, или понятно, что все опытные военные одновременно подверглись гипнозу или сошли с ума под воздействием неизвестной силы…
– Грейс, тебя никто ни в чём не винит, – успокаивал его командор, – это тот анализ, который проделала ЭММА, перешерстив миллион байт информации. Ясно, что Вы не были ни под каким гипнозом, так как я и все мы видели последствия Вашей битвы, и лианы-свистуны, как ты их называешь, действительно были. И ядовитые шипы, и остатки лиан, и оплавленный кислотой комбинезон Флеш, и раны на теле Арни – всё это неопровержимые доказательства реальности всего случившегося с Вашей группой. Остаётся только ответить на некоторые вопросы – почему ничего подобного не произошло со второй группой Андерса, и куда делись все Ваши «свистуны» и «шипомёты», когда мы прилетели на шлюпке?
Монотонный, рассудительный бас Ивана Петровича Сергеенко охладил Грейса и заставил всех задуматься над сказанным.
– Ну и кто даст ответ на эти непонятные вопросы? – постепенно полковник начинал приводить мысли в порядок.
– Думаю, что все мы с помощью наших знаний и логики сможем, если не ответить, то приблизиться к истине или выдвинуть более-менее реальную гипотезу, – отвечал командор.