Остановка за границей по пути в Индонезию
В марте 1966 года, в день своего двадцатипятилетия, я впервые попробовал ЛСД. Возвращаясь на вечеринку по средневековому Копенгагену (теперь эти улицы сильно изменились), я почувствовал, как что-то тащит меня сквозь узкие ворота во двор, освещенный всего одним фонарем. Я знал, что там меня ждет какое-то необычайное переживание. Остановившись перед домом с пустыми запавшими окнами, я услышал, как говорю ему: «Ну-ка, покажи мне все!» Вокруг меня ожила подвижная, дышащая стихия, вспыхнули и стали приближаться вихри белого света. Словно силы всей вселенной потоком вливались в меня и разрывались в пространстве; все пронизала собой сияющая вневременная интенсивность. Вернувшись к друзьям, я мог сказать только: «Я не знаю точно, что это было, но все в порядке».
Вскоре после этого Ханна присоединилась к моим путешествиям по иным уровням сознания. И здесь ее переживания тоже были глубокими и теплыми. Начав с двадцатью-тридцатью друзьями – первой сплоченной группой в Северной Европе, – мы попробовали все воздействующие на ум наркотики, которые появлялись в те годы. Но это мало чему нас научило. Почему-то мы не переставали верить в способность этих веществ приносить свет и пользу, в то время как от их употребления физически и умственно гибли наши лучшие друзья. Я бы многое отдал, чтобы вернуть их. Но большинство уже умерло – как правило, не самой лучшей смертью, а немногие оставшиеся в живых настолько заблудились сами в себе, в собственных мирах, что для контакта с ними в этой жизни не осталось места. Сегодня у нас есть только один совет: не прикасайтесь к наркотикам! Они обкрадывают подсознание, делая людей опустошенными, и лишь позже становится видно, насколько непоправим причиняемый ими вред. Для того чтобы достичь Просветления, нужен только наш ум, здесь и сейчас, и правильные методы.
Я преподавал тогда английский язык в вечернем колледже. Во время частых каникул мы наездами бывали в Северной Африке, Ливане, Афганистане, чтобы привозить друзьям гашиш. Однажды, в 1967 году, во время полета в Индонезию (еще чувствуя тошноту от недавнего приступа гепатита и везя тридцать четыре килограмма золота в жилете, который слишком туго сидел на мне), к северу от Бомбея я увидел скопление светящихся облаков, спускающихся с Гималаев. Они были так красивы и произвели на меня такое сильное впечатление, что я внезапно понял: мы должны поехать туда, откуда движутся эти облака. Что-то ждало нас там, что-то важное.