Муравей на телеге
Много чудесного замечал за Заратустрой Виштаспа, и временами ему казалось, что всего только шаг отделяет его от понимания великой загадки. Но слова Учителя были так просты, а вопросы, мучавшие ученика, казались такими сложными, что порою юношу охватывало отчаяние и надежда опять уходила из сердца. Он хотел знать тайну мироздания и секреты сокровенных знаний, Заратустра же больше любил рассуждать о вещах обыденных и на все вопросы, смеясь, отвечал:
– Разве кто-то прятал от тебя тайну? Вот она лежит перед тобой и в этой траве, и в этой косточке от сливы, и в сварливой жене, что бранит своего непутевого мужа. Эта тайна всегда живет вокруг тебя и не думает прятаться, так почему же ты не видишь и не понимаешь ее?
Когда же Виштаспа терпеливо вглядывался в траву, колышимую ветром, и пытался понять, какая тайна живет в ней, Заратустра опять начинал смеяться.
– Не сердись, мой дорогой Виштаспа, – однажды сказал он, – но ты напоминаешь мне муравья, который лазит по телеге в надежде узнать ее устройство. Все части ему знакомы: гвозди, забитые в доски, солома на дне, блохи в лошадиной гриве. Не хватает ему только одного – увидеть телегу целиком.
– Ты хочешь сказать, что я не пойму этот мир до тех пор, пока не увижу его со стороны? – пожал плечами ученик. – Но мир не телега, да и я не птица, чтобы летать над ним. Как же мне увидеть его целиком, если он так велик?
– Ты прав, – Заратустра согласно кивнул головой. – Мир действительно велик и едва ли кто знает, сколько телег в нем беспокоят дорожную пыль или отдыхают в сараях. Но скажи мне, сколько телег нужно для того, чтобы понять их все? Неужели больше одной? И неужели муравей, который тащит соломинку в свой муравейник, так уж сильно отличается от кобылы, тянущей за собой повозку?
Губы Виштаспы тронула улыбка, и Заратустра продолжил:
– И зачем тебе быть птицей, мудрый Виштаспа? Мир, который ты успел увидеть сам или слышал от других, всегда живет в твоей памяти. Вот и позволь ему жить в твоей голове по своим правилам. Тебе же, чтобы понять его, останется только попробовать услышать его целиком.
– Все равно это слишком много для моей головы, – засмеялся ученик. – Даже двух человек одновременно и то тяжело услышать. Что же будет, если начнут говорить сразу все, кого я помню?
Заратустра пристально посмотрел на своего спутника.
– Тогда, мой юный друг, попробуй услышать одного соловья. Сколько разных звуков издает он и какие сложные трели выводит! А всего-навсего имеет одну только мысль – найти себе пару! Так и люди: их слова нередко выливаются в целый потоп, а чтобы понять их, достаточно узнать причину, которая этот потоп породила.