СЛОВО
Я не поэт творений нежных,
Вольноотступник нужд мирских.
От мыслей ложных, сладких, грешных
Свой шлю вам в руки поздний стих.
Смотрю в заоблачные дали.
Ищу лучи во мгле ночной.
Оковы тяжкие упали
Под свет у образов свечной!
Того ли в сонный час желаю?
И изменить хоть чуть мне мир?
Ведь многого еще не знаю.
В раздумьях будущий кумир.
Как заслонить собою злое?
Остановить в разгулах пир?
Прошу Творца у аналоя
В умы дать россиянам мир!
И в анафемах правосудье.
И в боли плоти и души.
Слабеют в наказаньях груди,
И лезут на болящих вши.
Святой просфорой грешник крошит,
Увидев храм издалека.
И леностью в роду гниль множит
На скоротечные века.
Один пришлет в записке ересь,
Другой кричит ему – ура!
Два языка в греховном спелись,
Так манит их с огнем дыра!
Наивные. Забыв уроки
Отца и Господа Христа,
Так любят прежние пороки,
Целуя гвозди у креста.
Важнее мышцы силы СЛОВО!
Ей сотворен весь Мир вокруг!!
Внимай по буквам вновь и снова
Написанное мною, друг.
И Я ОТДАМ
Для того чтобы научиться правильно исполнять свои песни, мне пришлось заниматься актерским мастерством. Тогда я и начал понимать труд артиста.
Он должен пережить чувства страдания, неподдельной радости, тревоги, веселости и грусти в пробуждении, в самом исполинском исполнении в назначенной им роли на сцене, и при этом заново и заново перерождаясь и умирая.
И от таких эмоциональных вздохов тело пребывает в неимоверном напряжении!
А к нему, ослабевшему, подкрадывается груз усталости.
Со временем эта ноша вживается, укрепляется.
Но зато мозг насыщается разумом от накопившегося опыта своих двойников.
Артист. На время забывает себя. Помнит только о своей роли.
Ее он не ищет. Ее ему, как правило, предлагают. Порой навязывают. Получается, что он, как и многие другие, человек – невольник. А в мутном течение реки под принуждением легко впасть с востребованным в несовершенное и так и не принести благо.
Пролетает колесница времени, и о нем все затихает. Он ушел и не томится чувствами былыми.
Ведь все скоротечно. И вот уже рождается новый, подобный предшественнику.
Где те далекие песни в соловьиных рощах? За новыми мы их перестаем помнить. Память не безгранична.
Где те исполнители и поклонники чужих и родных судеб?
– под слоем глины.
«Не вечно все у хладных плит.
Лишь наверху, словно магнит,
Глас Божий наделяет нас
Росою чистой без прикрас».
Я не томлюсь уж чувствами былыми.
Вопреки нравам звезд младых, седых,
Дни оказались в канувшем пустыми
Вне ликов мироточащих святых.
Дано знать о мудрейшем и о важном.
Хранящий тайны не спасет живот.
Во времени живет в несладком, страшном
Под Небесами грозными народ!
Рассудок! Меру чем его измерить?
Линейкой, сантиметрами? На вес?
Но если слову свыше смертным верить? —
Отпрянет от голов житейский пресс!
Впорхнет в ушные раковины лава!
С ней торжество! В ней без нужды добро!
И грянет снизу громко: «Богу Слава!!!»
И я отдам вновь женщине ребро.