В сущности, даже с мыслью своею о соединении церквей через отречение от православия г. Вл. Соловьев является лишь неумелым, ограниченным толкователем идеи о «всемирной гармонии человечества через посредство русского народа», которую высказал покойный Достоевский на Пушкинском празднике. Но ведь Достоевский разумел именно православие в русском народе, через которое и с которым спасутся все народы (и мы так ожидаем), а не отречение от этого самого православия и массовое, физическое соединение с чуждой идеей, верой или кругом идей. Г-н Соловьев понял… даже не мысль, а скорее только предчувствие Достоевского, как казуист римского права понял бы поэзию Пушкина: он ее извратил, высказал ей обратное по смыслу, повторяя ее букву.↩︎
«Ватикан – это рынок, на котором все можно купить», – определяли в Германии в XV–XVI вв.↩︎
Союз с растленными европейскими дворами в XVII–XVIII вв. против народов, их свободы, просвещения, благосостояния.↩︎
Тихомиров Л. Существует ли свобода? Автор, в течение долгого времени ведущий на страницах Русского Обозрения полемику против Вестника Европы и в частности против г. Вл. Соловьева, в статье, против меня направленной, протягивает ему руку; как и г. Вл. Соловьев, опровергая меня, ссылается в одном месте на его авторитете г. Тихомирова.↩︎
«Вестник Европы», февраль 1894 г., с. 910.↩︎
«Вестник Европы», февраль 1894 г., гл. III, возражения – там же.↩︎
«Вестник Европы», с. 911.↩︎
Там же. «Иудушка клевещет на православную церковь» – так озаглавливает в роли ее защитника четвертую главу возражения против «Свободы и веры» г. Вл. Соловьев.↩︎
«Вестник Европы», с. 912.↩︎