И если на Западе переходный период был долгим, постепенным и незаметным, то в зоне влияния русского языка произошел катастрофический слом. Железная печь, из которой все мы вышли, являлась огромным и страшным заповедником слегка модернизированного средневековья, но в нем же парадоксальным образом консервировался приоритет классики. Крушение этой резервации создало внезапный вакуум и в данной сфере.
В противовес варваризации извне и изнутри необходимо заново и напрямую приобщиться к могучему корню, на протяжении веков подпитывавшему одухотворенную культуру. Если в основе таковой лежит Книга вообще, то ее подлинная первопричина – Книга Книг. Это переносная родина не только скитавшегося народа, но и духовной культуры вообще, и у них обоих в равной мере в отрыве от Писания – нет шанса на выживание! Лишь оно является нерасщепимым ядром их внутренней самоидентификации.
Тема, язык ракурс, глубина и широта изложения, творческий метод – нередко являются непростым выбором автора. Погружение в Книгу Книг делает первый выбор естественным. Что сравнится с этим произведением Творца, и что более требует соучастия человека? Не это ли партнерство через жизнь и творчество и было главной целью творения?
Писание дано на еврейском, и без оригинала, как и без связанной с ним устной традиции – подлинное понимание невозможно. Естественным было бы и его исследование оставить в той же лингвистической стихии. Однако печатный рынок перенасыщен комментариями на священном языке, которые нередко противоречат друг другу, оставляя читателя в затруднении и недоумении. Поэтому требуется и более свободное, отстраненное, не ангажированное языковое пространство, и иной подход, который позволит преодолеть основную массу «неразрешимых» противоречий, вызванных традиционно – дедуктивным методом, исследованием частностей, чаще всего на уровне фразы, слова, буквы, знака препинания. При нынешнем массово-раскованном стиле исследовательского процесса и публикаций такой подход уводит в непроходимые джунгли противоречивых мнений, эмбрион которых проявлялся и в более дальние времена. Интегральное восприятие текста способно резко сузить сферу разногласий, поскольку глобальная структура событий подчиняет себе детали, делая их логичными звеньями цельной картины, а не хаотичными фрагментами, которые можно толковать в любом направлении.