По мере того, как я начала слушать «голоса в голове», я не думала, что у меня появился какой-то бы нибыло дар, я предполагала иначе. Со временем появился опыт набросков, теперь уже не просто голоса, а сопровождающиеся картинками на бумаге, это были хаотичные, круговые зарисовки, так если просто взять карандаш в руку и дать своему разуму действовать самостоятельно. Подключается неведомая энергия и уже ведёт линию, направляя в нужное положение, изгиб за изгибом – получалась картина. Вот только что это я до сих пор понять не могу, и кто это передал тоже. Потому как, когда я делала эти наброски, я не слышала голоса, просто водила карандашом по бумаге.
Потом, после долгих попыток что либо понять, я вдруг стала выводить на бумаге слова на непонятном мне языке, то ли английский, то ли латынь, а может и все вместе, потому как перевести это было невозможно – ут специалисты нужны.
После неудачных попыток такого общения, Они перестроились на мой язык. Первые слова записывались буквами из алфавита вряд, будто тренировались, потом сложились в первое слово – «Поздоровайся!»……И понеслось.
письменность.
Дни и ночи как одержимая, записывала всё, что могло вылиться на бумагу. Исписала всё, что смогла найти, подходили даже маленькие клочки бумаги. Заканчивалась паста в ручке, карандаш шёл в ход и вообще всё, что под руку попадалось. Сейчас перешла в смартфон – всегда под рукой, да и удобнее, хотя не всегда соглашаются печатать, письменность ближе некоторым, это Бесы лепят сто слов в секунду, – освоили лучше меня.
Десять или более лет я не бралась за искусство, как-то рутина бытовая выводила из строя – деньги, деньги, – всем нужны эти проклятые деньги. А жить на что-то нужно. Вот и выбирай: искусство или работа, думала я. Муж моей творческой натуры не поддержал, – закопал живьем. Стала какая-то забитая, бесхарактерная, услужливая, буд-то подменили, апатия лет на десять погрузила меня во мрак душевного противоборства. Меня не было, был какой-то робот, выполнявший свою задачу. Теперь я будто проснулась, года три назад, в один прекрасный момент открыла глаза и поняла, что мир уже не будет прежним. Толи смерть моей горячолюбимой бабушки меня так встрепенула – сильнейший стресс сподвиг всю ситуацию пробуждения.