«Я знаю, что слова мои вызовут раздражение среди тех из братий, которые суть плотские28, но, поскольку Господь повелевает мне говорить, я скажу. Некоторые из рода нашего воздвигнут гонение на Церковь Божию, которое весьма преуспеет и многим повредит29. Таковыми же были замышлявшие козни против святого Апостола Павла, которые проповедывали Христа “не чисто”, а “по любопрению” (Флп. 1, 16). Когда гонение будет в разгаре, то неожиданно царем станет язычник, который будет задумывать [коварные] замыслы против таинства Христова и стараться, насколько возможно, строить козни против христиан. Но Христос посрамит намерение его30. Ибо о нем написано: “Презорливый же и обидливый муж и величавый ничесоже скончает” (Авв. 2, 5)31. Поэтому мы должны взывать к Богу, чтобы Он простер милость Свою на церкви для спасения многих».
6
Спрошенный кем-то, кто такие [гонители] из [нашего] рода, [Феодор] ответил: «Презренные ариане».
Сказав это, он опять сел под финиковую пальму. И так случилось, что я, покинув незадолго до этого место, где раньше сидел, оказался далеко от [аввы]. Между тем как монашествующие разговаривали между собой на своем языке32, некто по имени Елурион – муж, облеченный во Христа, – сказал мне на греческом: «Встань и спроси человека Божия, когда эти [события] произойдут». Увидев же, что я боюсь и трепещу, он добавил: «Не бойся. Он весело смотрит на тебя, поощряя [взором]. Поэтому встань и спроси». Я же, благоговея перед сединой мужа, еще более засмущался. Увидев же, что служитель Божий Феодор повернулся к блаженному старцу Елуриону и ко мне, я, подталкиваемый Елурионом, встал.
Улыбаясь, Феодор повелел Феодору Александрийцу переводить и через него сказал мне: «Говори, что хочешь, зная, что ты подобен молодому вину, недавно выдавленному из винограда».
И хотя я еще был объят великим страхом, все же спросил: «Когда это будет?»
Феодор ответил: «Ты разве не читал еще Божественных Писаний? Написано же: “Глас есть дождевнаго хождения” (3 Цар. 18, 41). И я тебе говорю: глас есть хождения предсказанных событий. Ты увидишь их и испытаешь в них как тягостное, так и приятное.